– Ваше Величество, ни в коем случае не смею отягощать вас проблемами, но коли уж вы изволили пригласить меня на личную встречу, возможно, согласитесь оказать мне небольшую милость?
– О чём вы? – спросил Мартин, едва-едва разбирая его слова.
– Если позволите, в руках вашего отца находились некоторые документы, которые принадлежали моей семье и которые он собирался мне отдать.
В любой другой момент подобные слова насторожили бы Мартина, но сейчас ему было абсолютно всё равно.
– Они хранились у него в письменном столе, полагаю, вы легко их узнаете. Не могли бы вы посмотреть его бумаги и, если не найдёте эти документы ценными для себя, сделать то, что собирался Его Величество Фридрих?
– Что за документы?
– Если соблаговолите быть милосердным и пригласить меня в свой кабинет, я всё расскажу вам там.
– Конечно… Завтра…
– Прямо сейчас! – настойчиво произнёс Дорицкий.
Мартин не понимал, какая срочность может быть в подобном вопросе, но поморщился и кивнул.
– Идёмте туда.
По мере приближения к королевским покоям Дорицкий всё больше внимания обращал на посторонние звуки. Увы, кругом было абсолютно тихо – только размерено тикали подаренные Фридриху большие механические часы.
Входов в кабинет было два – из спальни, потому что Фридрих любил, закончив с делами, сразу погрузиться в нежные объятья, и из другого кабинета, где король принимал гостей. Эти два соседних с кабинетом помещения Мартин уже успел обжить, а вот в делах прежнего монарха пока разобрался не до конца. Он, имея полный доступ к королевским покоям, нашёл время осмотреть все поверхности, потайные дверцы, ящики и полки, чтобы удостовериться в том, что завещания там нет. Мартин не очень-то на это и рассчитывал, больше надеялся найти какие-нибудь намёки на то, у кого оно может быть. С тем же расчётом он расспрашивал приближённых короля, но все они, среди близких людей Его Величества, могли назвать только ту самую фаворитку, о которой Мартину сейчас так больно было думать. «Власть, влияние, подарки…» – повторял он про себя слова Дорицкого. «Все эти ухаживания она примет с радостью». Что-то здесь не сходилось. Если Анжелика знала, где находится завещание, или, если завещание находилось у неё самоё, то у неё не было нужды так заискивать перед новым королём.
Именно с этой мыслью Мартин повернул ключ в замочной скважине и, распахнув дверь кабинета, замер. На мгновение ему показалось, что он сошёл с ума и видит галлюцинацию – так нелепо смотрелась растрёпанная фигура королевской любовницы среди пыльных полок, книг и бумаг.
– Книг и бумаг… – шёпотом повторил Мартин. – Вот теперь всё сходится.
«Конечно, ей нужен не ты. Ей нужно что-то, что хранится здесь. Что-то, чем владел король». Даже в мыслях Мартин не мог заставить себя назвать его «отцом».
– Ваше Высочество… – пролепетала Анжелика и торопливо захлопнула резную шкатулку, которую держала в руках.
Мартин молчал.
– Виконтесса Кауниц-Добрянская… Что вы здесь делаете?.. – с деланным удивлением поинтересовался Дорицкий.
Анжелика медленно перевела взгляд на князя.
В первое мгновение она просто растерялась. Дорицкий обещал ей, что Мартин будет занят, иначе Анжелика не решилась бы на такую авантюру, как обыск его апартаментов.
Во второе подумала, что, в сущности, не делает ничего такого уж страшного. Она много раз бывала в этих комнатах, в том числе, в пору владения ими Мартина, и вряд ли Мартин будет так уж удивлён, застав её здесь. В голове Анжелики уже смутно складывались слова о том, как она ждала любимого, как скучала, как решила осмотреть диковинки…
А потом она услышала своё имя. Увидела Дорицкого. И поняла всё.
– Ловушка… – устало прошептала она.
Анжелика пока ещё не понимала, зачем Дорицкий решил её подставить, но причин могло быть множество, и сейчас главными были не они.
– Ваше Высочество! – взяв себя в руки, твёрдо произнесла она. – Мне нужно с вами поговорить!
Анжелика старательно строила фразу так, чтобы она не звучала слишком фамильярно и, в то же время, не оставляла возможности для отказа. И всё равно в ответ услышала:
– Нам не о чем говорить, виконт.
Анжелика стиснула зубы. Покосилась на Дорицкого.
– Можем и не говорить, – по губам её проскользнула многозначительная улыбка, призванная смутить… хоть кого-нибудь. Щёки Мартина действительно порозовели, но прибавилось и злости.
– И вы правда думаете, что в сложившихся обстоятельствах сумеете этим меня отвлечь?
– Ну, ведь разговаривать вы отказываетесь! Согласитесь, у нас с вами есть проблема, которую нам необходимо обсудить наедине!
Мартин бросил быстрый взгляд на Дорицкого… и сдался.
– Выйдите! – велел он.
– Ваше Высочество, должен ли я сообщить гвардейцам, что в ваши покои пробрался вор?
– Выйдите! – проревели Мартин и Анжелика на два голоса и, фыркнув, Иоган вынужден был подчиниться.
Удостоверившись, что его шаги стихли, Мартин шагнул к Анжелике и взял за плечи.
– Виконтесса Кауниц-Добрянская? – процедил он.
– А почему бы, собственно, и нет?
– Потому, что о таких вещах надо предупреждать!