Это место, в отличии от других здешних и богатых районов Вавилона, не было столь обширным и роскошным, да и рассчитано оно было, скорее, для бывалых воинов и давно оставивших это дело людей. По крайней мере именно такое впечатление сложилось у Итара, что ступал по серым плитам почти что безлюдных улиц. Дома здесь имели свой особенный и своеобразные вид: серые, скорее даже темные, словно монолитные куски обсидиана, не слишком большие и не столь броские, как было в других районах, но достаточно просторные для небольшой семьи из трех, максимум четырех людей. Также они не выделялись какой-либо роскошью или красотой — скорее, все здесь было до ужаса однообразным и простым, что было крайне типично для большинства воинов.
Людей вокруг, как заметил Итар, было немного. В основном это были дети, которые были заняты разнообразными играми, в то время как редкие взрослые наблюдали за ними издалека, ведя разговор то о бывалых временах, то о чем-то несущем. А те, что встречались ему на пути, были одеты в простые и легкие одежды, лишенных какого-либо изящества и красоты, а их холодные и недоверчивые взгляды так и впивались в его фигуру, словно бы оценивая его. Впрочем, их можно было понять. Незнакомцев здесь не слишком жаловали.
Наконец, миновав несколько однотипных и серых домов, Итар смог добраться до места, в котором предположительно мог жить Сиар. И, к его удивлению, место обитания одного из некогда известнейших офицеров Азардалиарской Империи ничем особым не выделялось среди обычных жителей этого района. Можно было даже сказать, что оно в некоторой степени было даже беднее, чем остальные дома. Впрочем, это было не удивительно; Сиар, как и многие северяне, никогда не имел какого-то определенного места жительства и кочевал из одного города в другой, редко где оседая. Поэтому любое временное жилье северянина отличалось простотой и бедностью не только внутреннего интерьера, но и слегка убогим внешним видом самого дома.
В народе даже ходила одна интересная байка, которую как-то довелось услышать Итару: «если хочешь найти северянина, то ищи самый убогий и бедный дом в городе».
— Не часто увидишь таких редких гостей в наших местах. — позади послышался массивный и тяжелый голос. — У тебя какое-то дело ко мне, третий принц?
Обернувшись, Итар взглянул на своего неожиданного собеседника.
Его взору предстал довольно внушительных размеров мужчина, которому можно было дать зим сорок, не больше. Его массивное и крепкое тело, которое, скорее, принадлежало медведю или же иному крупному хищнику, но никак не человеку, пылало чудовищной силой и подавляющей аурой. Даже просторная рубаха на нем, которая чуть колыхалась от редких порывов ветра, едва ли могла скрыть бугристые и крупные мышцы под ней. Лицо мужчины, как и полагалось северянину, было волевым и малость квадратным; наличие нескольких шрамов на нем и длинная густая борода медного оттенка лишь подчеркивали вид настоящего дикого варвара, которыми северян и считали. Волосы же, побитые редкой и едва заметной сединой, были собраны позади в одну крупную и длинную косу. На ней также можно было заметить несколько золотых колец, которыми она была украшена. Оружия на талии мужчины Итар не заметил. Впрочем, оно ему и не нужно было; сил и навыков северян вполне хватало, чтобы с одного удара убить крупного лесного медведя. Так что даже безоружный северянин был очень опасным противником, которого явно не стоило недооценивать.
Сиар — а это был именно он — с любопытством уставился на крохотную — по его мнению — фигуру принца перед собой, как бы требуя таким образом ответа на ранее заданный им вопрос.
— Верно. — кивнул Итар в ответ.
Хоть он и был «богом» для обычных смертных, даже ему было некомфортно находиться рядом с Сиаром. Причиной этому мог быть не столько воинственный дух северянина, что окружал его, сколько артефакт, который, по слухам, был окроплен кровью представителя «древней» расы. От Сиара веяло чем-то потусторонним и опасным, хотя какого-либо оружия при нем не было.
— Но мне бы не хотелось говорить об этом на улице. Особенно при стольких свидетелях.
Сиар грозно ухмыльнулся, от чего его густые и массивные усы чуть колыхнулись.
— Раз так, то пройдем в мой дом. — и, не оборачиваясь, добавил: — Надеюсь, Ваше Высочество не столь мягкотело и не побрезгует войти в столь грязное место.
— Я бывал в местах и по хуже…
