«И возьму с собой Джорджо, как только он сойдет на берег», – подумала она, улыбнувшись, но улыбка быстро померкла: Джорджо будет ждать от нее ответ, а она была к этому не готова.
Тут они услышали всхлипывания. Отец и дочь переглянулись и поспешили в гостиную. Джузеппе включил свет: Сальватора лежала, свернувшись калачиком на диване, держа в руке носовой платок.
– Дорогая, что ты делаешь одна в темноте? – спросил отец, подходя к ней.
Аньезе тоже кинулась к матери.
– Мама, почему ты плачешь? Что случилось? – спросила она, садясь рядом и беря мать за руку.
Не поднимая головы, Сальватора с трудом объяснила, что ей позвонила Луиза и сообщила, что Лоренцо женится.
– …на этой Дориане, – всхлипнула она. – Они уже назначили дату.
Не в силах подобрать слова, Джузеппе опустился в зеленое кресло.
– Как это – женится? – воскликнула Аньезе. – На девушке, которую он едва знает? Да он с ума сошел?
Сальватора всхлипнула.
– Представляешь? Он женится и даже не посчитал нужным сообщить об этом родной матери. Я ее в глаза не видела. И узнаю обо всем от его тети, – пробормотала она, вытирая глаза платком. – Он нас не пригласит, можешь не сомневаться. Вот она, благодарность за то, что я его вырастила…
Отец молчал, но напряженно о чем-то думал.
– Мама, у меня нет слов. Это просто нелепо… Еще вчера он хотел жениться на Анджеле, а теперь… К чему такая спешка?
Джузеппе вздохнул.
– Я знаю к чему, – сказал отец, поднимаясь с кресла. – Я сейчас же поеду в Лечче и поговорю с ним.
Жена растерянно посмотрела на него.
– Куда ты собрался? Да еще в такой час!
– Послушай, я больше не могу видеть тебя в таком состоянии, это несправедливо. Пора мне самому поговорить с сыном. В конце концов, он обижен именно на меня. – Джузеппе наклонился к жене и нежно провел рукой по ее влажной щеке. – Не волнуйся, дорогая, я все улажу, раз и навсегда.
Аньезе подняла глаза на отца, но сдержалась, чтобы не сказать то, о чем подумала: она была уверена, что эта встреча обернется полной катастрофой. Она по себе знала, как враждебно вел себя Лоренцо всякий раз, когда она пыталась с ним сблизиться и все объяснить.
Такая реакция ужасно ранила Аньезе, и она не хотела, чтобы ее отец испытал ту же горечь и вернулся домой с разбитым сердцем, особенно сейчас, когда он был так счастлив… Она хотела сказать отцу, чтобы он никуда не ехал, что все это бесполезно, но он уже надел пальто и закрыл за собой дверь.
– Может, они все-таки помирятся… – пробормотала Сальватора.
Аньезе молча встала с дивана и уже собиралась идти наверх, но мать окликнула ее:
– Кстати! Тебе пришло письмо. Я оставила его у тебя в комнате.
«Письмо? Интересно, от кого? Может, от Терезы?»
Войдя в комнату, Аньезе увидела на комоде белый конверт без марок, на котором было написано: «Для Аньезе».
«Это же почерк Джорджо!» – подумала она, чувствуя, как сердце стремительно падает вниз.
Разорвав конверт, она присела на кровать и развернула письмо.
