Я выбрал одежду в тон Алениному платью – бледно-голубую рубашку, темно-синий жилет с бутоньеркой в виде синей розы, черные штаны. Вокруг суетились слуги и очень раздражали. Странно, не думал, что настолько привык заботиться о себе сам. Но все-таки бытовой магией я владел плоховато, поэтому позволил прислуге разглаживать складки на жилете и освежать иллюзию живого цветка на бутоньерке.
Оставалось протянуть руку жене и увлечь ее в бальный зал. Музыка наполняла каждый уголок дворца, прислушался к знакомым мелодиям. Можно было представить, что последних недель просто не было, но не хотелось.
– Все в порядке? – тихо спросила Алена. – Ты какой-то грустный.
Легонько сжал ее ладонь. Волнуется. Я чувствовал ее поддержку там, на поле боя. Только ее и Скайи. От остальных исходил холодный интерес – одержу победу? Проиграю? Но теперь, стоило переступить порог тронного зала с неизменным посохом в руке – а как же, вдруг покушение, а я безоружен – как грянула торжественная музыка. Для нас с Аленой поставили два кресла чуть ниже трона. Спасибо и на этом. Я доказал свое право находиться во дворце, и придворные кланялись, как болванчики, и так подобострастно смотрели на меня, что начинало тошнить.
По традиции король танцевал на балу только первый и последний танец. Поговаривали, что обычай ввел мой дед, который терпеть не мог танцы. Чтобы открыть бал, я оставил посох на подушке у трона, протянул руку Алене.
– Я не умею, – прошипела она.
– У тебя получится.
Заиграл вальс. Я привлек ее к себе. Казалось, что последний мой танец был в другой жизни. Алена откликалась на каждое мое движение, была легкой, воздушной. Хотелось, чтобы музыка не заканчивалась, но всему хорошему приходит конец. Я занял место у трона, Алена села рядом. Пару туров спустя сказал ей:
– Обычно королева проходит по залу, приветствует гостей. Если кто-то пригласит, сама решай, соглашаться или нет.
– Я не королева, – нахмурилась Алена.
– Временно ты ее замещаешь. Моя мачеха без отца не может присутствовать на балу.
И правда, я ведь еще не видел Снежанну, а мне надо с ней поговорить. Отец любил вторую жену. Не так, как мать, но все-таки любил и многое ей рассказывал. Пообещал себе, что завтра же нанесу мачехе визит вежливости. Алена же вздохнула, но подчинилась. Стоило ей подняться с кресла, как почетный кавалер – была у нас такая должность, за которую боролись сыновья всех родов – подал ей руку и помог спуститься со ступенек. На сегодняшнем балу счастливый жребий вытащил младший брат Дженьера Дарий. Он вел Алену вдоль ряда гостей, представлял их, те кланялись. Старый обычай, раз уж король должен прежде всего следить, чтобы гости вернулись после бала живыми.
Я пристально наблюдал за Аленой – веселой, смеющейся какой-то шутке Дария. Внутри закипала злость, такая же, как после известия о предстоящем магическом поединке. Вот он склоняется к ней чуть ближе позволенного, а она откидывает голову и звонко, заразительно смеется. Вот предлагает руку, и Алена опирается на нее, чтобы ловко лавировать среди гостей. Готов был подняться с трона, взять посох и превратить Дария в ледяную скульптуру, но терпел. Не сейчас, на глазах у всех.
А вот лорд да Файер склонился перед моей женой, явно говорит комплименты, и Алена застенчиво краснеет. Еще один кандидат в смертники. Какой-то юноша, плохо мне знакомый, приглашает ее на танец. Алена отрицательно качает головой. Но когда минут десять спустя приглашает Дарий, соглашается, и он уводит ее в круг танцующих. Конечно, она не обязана сидеть рядом со мной, долг хозяйки вечера – уделить внимание гостям. Но не такое же внимание!
Я решил отвлечься и поискал глазами сестер. Ассия танцевала с Дженьером, ничего неожиданного. Скайя в сторонке болтала с несколькими девушками. Обернулся, чтобы найти глазами Алену – не нашел. И плюнул на приличия. Посох остался на подушке, его все равно никто не возьмет, а пока он на месте, бал продолжается, я же поспешил к выходу в зимний сад.
Шел по аллеям, прислушиваясь. Где же ты, Алена? Знакомый голос раздался у беседки, увитой зимними розами.
– Все равно не понимаю, как в таком холоде могут расти цветы, – говорила Алена. – Они же должны замерзнуть.
– Их защищает магия, ваше высочество, и…
Я свернул к беседке, и Дарий замолчал, склонив голову.
– Благодарю, лорд да Айрен, дальше я сам. – одарил соперника тяжелым взглядом.
– Как прикажете, ваше высочество, – недовольно ответил Дарий и направился в зал, а Алена, как ни в чем не бывало, разглядывала голубоватую розу.
– Они такие красивые…
– Красивые, – выдохнул я. – Очень.
– Ты себя плохо чувствуешь? – Тут же разволновалась Алена. – Тебя ранили сильнее, чем говоришь? Давай вернемся в наши комнаты и…
– Рано.
Хотя я бы с удовольствием вернулся. Все, больше никаких балов! Не желаю. Насмешка, да и только. Надо мной, над моим положением в родной стране. Нашли марионетку, которую можно заставить плясать под свою дудку.
