Юноша не ответил, он, сидя на корточках, продолжал рассматривать черную нить, ведущую от шейного позвонка на улицу.
Тем временем Анабель уже сделала первый стежок.
— Не напрягай мышцы, расслабься. Сам себе хуже делаешь, — заверила она.
Два края раны постепенно сходились вместе в аккуратном шве. Анабель всегда все делала аккуратно и без лишней торопливости, которая могла бы привести к ошибкам. Это было одним из тех качеств, что так сильно ценил Лео. Последний стежок, узел, и «барс» обрезала нитку. Это не первый раз, когда она зашивала рану на ком-то. Были случаи и похуже.
— А может, я заслужил нечто подобное?
— Ну вообще-то сейчас не время говорить об этом, — вмешалась Виера. — Это во-первых. А во-вторых, не делай из нее своего палача. Если ты и заслужил какое-то наказание, то не Анабель должна быть его исполнителем, а ты сам.
Леонард сделал паузу, обдумывая сказанное.
— Ты это где-то вычитала? — предположил Джереми, поднявшись и повернувшись лицом к девушке.
— Ага, — самодовольно кивнула она.
— И когда это ты начала обращаться ко мне в таком тоне?
— Извините, — она тут же стушевалась и опустила голову. И правда, это ведь по-прежнему ее босс. Официального увольнения пока не было, и они были не в тех отношениях, чтобы она могла открыто говорить ему, что думает.
— Да, расклеился ты, — прокомментировала данную ситуацию Анабель, сидя на полу. Ее это даже забавляло.
— Похоже на то, — согласился он. — Выходи за меня, а?
— Ты спятил, — женщина прыснула и закрыла половину лица ладонью.
— Нет, просто он под градусом от водки, — высказал свою точку зрения юноша. — Считай попадание алкоголя в кровь прямым путем.
— А такое бывает? — удивилась Виера.
— Ну, видимо, да, — парень кивнул на мужчину, который совершал уже третью попытку подняться.
— Не хочешь — не надо. Но меч забери. Из-за меня ты лишилась своего оружия. А это — отличная замена предыдущему. Края лезвия сделаны из ножа Потрошителя. Он не погнется и не сломается во время битвы. Режет паутину пауков-наследников и шкуру любого зверя, даже таких, как ты.
— Вам нужно было рекламное агентство открывать, а не ресторан, — фыркнула «сова», и Лео осекся. Нет, в ее глазах он точно потерял авторитет. Пора на пенсию.
— Тебе нужен отдых и покой, — Анабель поднялась и подала ему руку, но тот отмахнулся и встал самостоятельно. Мысль о выходе на пенсию была настолько яркой, что ему захотелось убежать от нее на край света.
— Какой тут может быть отдых? — возмутился Леонард. «Я же не какой-то там старик!» — У меня тут труп и два разбитых окна. Сначала этого восьмилапого прятать, а потом нанимать ребят, вставлять новые стекла. У меня должен был остаться номер компании окон и дверей, которую я нанимал в прошлый раз, — рассуждал мужчина вслух, расхаживая по залу.
— Так, — Джереми решил, что пора бы взять ситуацию в свои руки. Сейчас или никогда. — У меня всего два вопроса. Первый: откуда ты знаешь про эту штуковину?
— Ну-у, — Леонард задумчиво посмотрел на шов у себя на животе и слегка тронул его пальцем.
Боль была сильной, но вполне терпимой, особенно, если залить ее чем-нибудь сверху и тем самым приглушить. Мужчина поднял бутылку водки с пола и сделал пару глотков. Подождал, взглянул на бутылку снова и вновь отпил, поставив в итоге пустую бутылку на стол.
— Это вроде фольклор. Точнее, я думал, что это фольклор. Сказки, что рассказывала мне мать, когда я был маленьким. Они были про исполинских пауков, двуглавых змей, женщин с крыльями вместо рук и птичьими лапами вместо ног и крылатых огнедышащих рептилий. Их по-разному называли, но в основном я слышал о аранеоморфах, василисках, гарпиях и драконах. Они не совсем обычные существа, и…
— Я вспомнила, — тихо произнесла Анабель, но все ее услышали. — Аранеоморф. У нас тоже были такие сказки… Странно, что я не вспомнила сразу… Эти существа получались в том случае, если их отравили. Не знаю, что под этим подразумевалось. Я знаю только одно значение того слова старого слога.
— Понятно, — задумчиво молвил Джереми. — Часть смысла была утеряна. С первым разобрались. А про черные нити вы что-нибудь знаете?
Виера отрицательно покачала головой, Анабель нахмурилась. Леонард же прибывал в глубокой задумчивости.
— Их находили недавно на границе, — сказал он. — На месте бойни. Сегодня работники весь день об этом говорили… Весь квартал выкосили. Обычно тех, кто заперся у себя дома, не трогают, но в этот раз все было по-другому.
«Вот оно что, — подумала Анабель, — теперь ясно, откуда так много желающих вступить в наши ряды. А я-то уж было подумала, что все резко уверовали в идею всеобщего объединения».
— А теперь атаковали тех, кто живет среди людей, — констатировала женщина.
— Мои поздравления, — криво усмехнулся Лео. — Теперь к вам хлынут толпы отчаянных. Последний оплот цивилизации…
— Еще рано судить. Если это дело рук этого… аранеоморфа, — Анабель кистью руки указала в сторону упомянутого, — то после его смерти случай не повторится. И дома, и в людских кварталах будет по-прежнему безопасно.
