Он показал рукой куда-то вверх, словно я знаю, где тут располагаются все пленники этой тюрьмы.
– Нас было не так много. Все долгие годы справедливого наказания мы могли только слушать рассказы наших тюремщиков о происходящем за пределами Казематов. Могли только наблюдать за ними и считать минуты до освобождения. Но однажды все наши вольные собраться ушли в портал. Бросили всё, словно уходили всего на несколько минут и вот-вот вернутся. Но не вернулись. Мы просто лежали тут в тишине и темноте. Когда срок заключения истек… Когда он истек не только у меня, а у всех здешних пленников, – по-прежнему некому было прийти и запустить ритуал освобождения.
Теперь злость и раздражение в его голосе (в моих ощущениях от его голоса) полностью исчезли. Я чувствовал только безграничную тоску.
– Я говорю с тобой, мерзкая обезьяна, вовсе не потому, что хоть на грош ценю твое мнение или твою жизнь. Мне вообще ничего не нужно ни от тебя, ни от всей вашей расы, кроме некоторых знаний. Вы обладаете ими по невероятному стечению обстоятельств. Никто в известных мирах, даже мы! – не сумели получить такие знания. А теперь только они могут вернуть к полноценной жизни мою расу.
– И ты полагаешь, что я стану помогать тебе в получении этих знаний?
– А ты полагаешь, я стану спрашивать твое мнение? – Ящер заглянул мне в глаза своим жутким, наводящим ужас взглядом. – За последние пару дней я допрашивал и пытал десятки таких, как ты. Но нужные мне знания слишком сложны, а среди вас лишь единицы оказались способны хотя бы понять мой вопрос, не говоря уже о возможности дать нужный ответ. Если ты тоже не обладаешь нужной информацией, то я выпотрошу тебя, как и всех прочих, а тело отдам на съедение своим несчастным сородичам.
– А если обладаю?
– Если обладаешь – я получу их. Добровольно или нет, сохраняя твой разум в целости или разорвав его на тысячу шизофренических клочков – это меня нисколько не волнует. Но сперва… Я слишком много времени провел в этих стенах, в полном одиночестве. Раз уж ты просишь рассказа, что ж? Я так долго ни с кем не разговаривал, не считая жертв моих пыток. Не могу пересилить себя. Стадный инстинкт, как вы его называете, присутствует и в нашей холодной крови тоже. Сейчас он требует общения хоть с кем-нибудь. Пусть даже с таким ничтожеством, как ты.
История цептан не так уж сильно отличалась от истории ахеев. По крайней мере, я не нашел ее радикально иной, как заявлял об этом последний живой истинный ящер.
Так, по его словам, аналогично истории альбиносов, всё началось с появления Содружества миров. Несколько видов существ в кои-то веки (а именно – спустя пятнадцать веков после открытия ящерами порталов) смогли разработать транспортную магию.
Ящеры с удивлением наблюдали, как в течение еще пары столетий, после серии контактов и «пограничных конфликтов» (если понятие границы тут применимо) несколько миров решили объединиться. Мало того, некоторые чужеземцы дошли до такого немыслимого формата сотрудничества, что начали даже обмениваться знаниями, надеясь усовершенствовать их.
Понятное дело, у них мало что получилось. Потому что в разных мирах развитие магии шло разными путями, и «друзья» чаще всего не могли даже осознать, как происходит управление энергией в чуждом разуме. Строение тела и образ мыслей слишком отличались, поэтому некоторые виды магии были в принципе несовместимы, некоторые – дублировали друг друга. Лишь редкие общие направления удалось совместить и обогатить к совместной пользе.
Ящеры, к слову, давно про эту особенность знали. Но они, в силу более древней истории и общего могущества, уже обладали всеми нужными обрядами и техниками, лишь изредка находя что-то интересное и необычное в других мирах. Это интересное они, как правило, легко перенимали и улучшали своими силами.
Делиться собственными знаниями цептане ни с кем не собирались. Им такое в голову не могло прийти! Любые свои достижения они считали священными. Потому что ни одна раса, если она сама не смогла подняться на соответствующую высоту, не была достойна и знаний об этой высоте, не имела права на них.
Такая философия стала одной из причин, почему ящеры очень долго не вступали в контакт с Содружеством, наблюдая возню низших видов со стороны. А когда избегать контакта стало объективно невозможно, зеленокожие отклонили предложение об обмене посольствами, взаимной торговле и сотрудничестве.
– Но почему?
– Как тебе объяснить? Ты же ешь курятину? Вот представь, что к тебе в дом забежала курица и сказала, что научит тебя всему, что знает. А за это ты отныне должен будешь дружить со всеми курами в мире, учить их, помогать им стать более сильными и могущественными. Только у тебя при этом есть нож и сковорода, а сама-то курица даже летать толком не способна, чему она тебя собирается учить?
Ящер не ждал ответа, понял ли я аналогию. Кажется, для него всё было ясно, даже мысли о согласии на такие условия он не допускал.
