Младенец вновь заплакал, когда его взяли из рук матери, а затем дверь закрылась и наступила тишина. Мы долго молчали, пока я не почувствовал, что тишина тоже заснула.
— Теперь расскажешь в чем дело? — спросила, молчавшая все это время эльфийка.
— Времени не много, поэтому постарайся не задавать лишних вопросов.
И я рассказал светлой стороне Лоры Тэйфаллен обо всем. О ее детях, о себе, об апокалипсисе и о том, что сейчас должен отправиться в Аталию. А также о том, что ищу способ, который поможет убить Лану.
— О, Фрайа… Моя девочка родилась во тьме и больше не смогла от нее освободиться… — поддалась печали Лора.
Две сущности эльфийки действительно были абсолютно разными. Эта даже не набросилась на меня и не попыталась придушить, когда я попросил рассказать мне о том, как убить Лану.
— Хорошо, я расскажу тебе, как можно изгнать темного эльфа, — сказала она спустя некоторое время глубоких материнских вздохов. — Но есть кое-что что ты должен знать…
— Что? — я напрягся, как будто ждал плохих новостей.
— Ты до сих пор в облике Роя.
Мое сердце бешено заколотилось. Я вышел из-за занавески и взглянул в свое отражение в зеркале. Передо мной стоял усатый доктор.
— Я до сих пор этот несчастный фанатик?! — в негодовании произнес я. — Видимо должно пройти время, прежде чем мои способности вернутся ко мне. Ведь так?
— Ну… — начала Лора.
— Что «ну»?! Ненавижу ебаное «ну»! Что ты хочешь сказать?
— Если я правильно поняла, только истечение определенного времени могло поменять местами обратно ваши магические способности с тем парнем. Сейчас мы находимся задолго до той точки во времени, когда это должно было произойти и способности не вернутся к тебе, пока ты снова не окажешься…в будущем…
— Но у меня нет амулета! И способностей друида! Я же не смогу переместиться в Аталию!
— Похоже на то… — ответила, проникнувшаяся ко мне доверием эльфийка.
— Блять!
Я глядел в окно, из которого открывался прекрасный вид на средневековый вечерний город. Дом, замок или дворец, в котором мы находились был расположен на высоком утесе намного выше всех остальных строений в городе. Мы словно летели на дирижабле, хотя я точно знал, что сейчас находимся на земле.
— Квист, все в порядке? — спросила меня зрелая эльфийка.
— Мы почти за две с половиной тысячи лет до нашего времени? — апатично ответил я вопросом на вопрос и приложил лоб к окну — мое дыхание осело паром на поверхность стекла.
— За две тысячи триста пятьдесят четыре, если быть точной, — ответила Лора.
— Даже если ты сейчас расскажешь мне способ, которым можно убить Лану, я не имею представления, как вернуться на тысячу с лишним лет вперед, да еще и попасть при этом за завесу.
Эльфийка уставилась в тоже окно. Над вечерними улочками летали эльфы-наездники верхом на ледяных демонах, облаченные в легкие доспехи, с мечами на поясах — они оберегали покой мирных жителей, патрулируя местность.
— Постой, — вдруг проговорила Лора. — Мы уничтожили Троххенбор, который ты взял за тысячу лет до встречи со мной?
Я кивнул. Высокое пламя разгорелось прямо по центру площади эльфийского города далеко внизу. Зазвучала музыка. Кто-то играл на арфе, а маленькие фигурки горожан принялись танцевать под нее.
— Выходит, что в этом времени он еще существует?
В меня словно вдохнули новую жизнь. Я схватил свою несостоявшуюся тещу за плечи и смачно поцеловал в щеку.
— Точно! Ведь он откуда-то попал к гномьему шаману?! Лора! Как можно остановить Лану. Скажи мне, и я сделаю все, чтобы не допустить апокалипсиса в Аталии.
Эльфийка помедлила.
— Не так быстро, Квист. Речь идет о моих дочерях. Я хочу сначала лично убедиться в том, что ты говоришь правду и только тогда расскажу, как можно… — она осеклась. — Убить одну из них.
Выбора не оставалось.
— Хорошо, — согласился я. — Тогда нам нужен план…
Я осторожно заглянул в комнату, где спала бабушка Ласковой Тени и прошептал:
— Кто твоя мать, Лора? Судя по тому, что ее называют госпожой, она какая-то знатная дама?
— Мои родители были вассалами на западных землях ОКЭ…
— ОКЭ?
— Объединённого Королевства Эльфов. До того, как оно распалось.
— Значит твоя семья на короткой руке с эльфийским королем?
— Скажу так. У моей семьи в этом времени, наверняка, много возможностей.
— Наверняка?
— Я вообще не помню первые триста лет своей жизни. Это…все равно, что спросить любого представителя вашей расы, чем он занимался в первые десять лет своей жизни. А в сознательном возрасте моих родителей уже не стало. Объединенное Королевство распалось, и мы больше не были знатной семьей, хотя и оставались знатным родом.
— Так… — протянул я. — Причина?
— Любая причина гибели знатных особ всегда кроется в войнах или дворцовых переворотах.
— Ладно, разберемся по ходу пьесы. Надеюсь, мы успеем завершить все свои дела здесь до того, пока не произойдет эта самая война или переворот, — почесал затылок я.
