Я схватил мастера за плечи и постарался зарыдать. Конечно, ничего не вышло, но выражение лица наверняка получилось, что надо.
— Кто? Кто во всем мире готов рискнуть собственной шкурой ради того, чтобы воспитать темного эльфа, госпожа?
— У меня есть один вариант… — произнес я.
Кто лучше самой Лоры сможет позаботиться о себе? Нужно будет передать девочку ей.
— Завтра я приведу одну женщину. Она скажет, что пришла от меня и скажет, что знает про ребенка. Вы отдадите дитя ей, Унцель. Понятно?
Эльф неуверенно помотал головой.
— Не противьтесь воле своей госпожи, — приказал я. — Девочка будет жить, ясно!
Эльф тяжело выдохнул, но медленно моргнул глазами в знак согласия.
— У меня есть еще один вопрос, — тут же начал я.
— Да, госпожа. Все, что угодно.
— Что ты знаешь про Троххенбор?
— Амулет времени? — эльф явно не ожидал этого вопроса и нахмурился так, что его брови сошлись над переносицей.
— Да-да. Он, — проурчал я тоненьким эльфийским голоском.
— Не знаю зачем вам понадобился этот амулет, госпожа, но настоятельно рекомендую отказаться от всякой идеи использовать его силу. Если вы хотите вернуться в прошлое и повлиять на зачатие этого монстра…дело может обернуться гораздо хуже.
— Я сама решу, что с ним делать. Просто ответь мне, ты знаешь где амулет или нет?
— Я не знаю…
— Блять! — выпалил я.
— Что, простите?
— Проклятье! Я сказала…проклятье.
Эльф внимательно изучал меня несколько секунд, прежде чем продолжить разговор.
— Я не знаю где амулет, — сказал он. — Но могу показать место на карте, в котором он находится.
— В каком смысле? — не спешил радоваться я.
Унцель подошел к одному из шкафов и достал из него огромный пергамент. Когда он вернулся и развернул его на столе, я впервые увидел карту средневековой Итрании. Это был всего лишь один материк, окруженный Талыми Водами. На нем было семь стран и множество деревень и городов — первые из который изображались только названиями, а вторые обязательно имели при себе рисунок замка.
— Вам повезло, что один из моих предков касался этого амулета, — заговорил эльф, отцепляя с пояса небольшой ножик и делая разрез на своей ладони. Затем он протянул руку к глиняному горшочку и принялся выдавливать туда кровь. — Заклинание поиска действует только в том случае, если использовать силу крови, которая прежде контактировала с предметом. Второе условие — творить заклинание в полнолуние…
Меня как будто заклинило. Я еще некоторое время тупил взгляд на горшочке в который стекала кровь, а затем выпалил:
— Блять!
— Что стряслось? — удивился Унцель.
— Сколько еще нам ждать следующего полнолуния? — я сделал голос тише, потому что ребенок снова начал просыпаться. — Я-то надеялась, что ты сообщишь мне о месте нахождения Троххенбора прямо сейчас.
— Все верно. По моим подсчетам в этом месяце полнолуние уже должно было наступить…несколько минут назад. С вами все в порядке, госпожа?
Мне не нужно было что-то говорить, чтобы Унцель понял, что я вообще не в порядке. Я оставил бабку Ланы и Ласковой Тени в руках самого безжалостного существа в этом мире. И что взбредет темной стороне Лоры в следующую минуту, оставалось только догадываться. Ведь почему-то она не призналась мне, что обратилась, когда кот зашипел и…кажется, выдал ее.
— Продолжайте, — сказал я. — Нужно найти этот амулет.
Когда я найду Троххенбор, то смогу вернуться в прошлое и исправить ситуацию, если вдруг темная эльфийка решит перерезать половину жителей этого дворца.
— Хорошо, — ответил Унцель и тут же заговорил на старо-эльфийском.
Он водил горшочком над картой Итрании, а второй рукой помешивал свою кровь внутри сосуда каким-то необычным инструментом. Это была не ложка. Обычная деревянная палочка, размером с чайный столовый прибор, вырезанная из черного дерева, с нанесенными на нее рунами, которые словно покрытые неоновым порошком начинали светиться все сильнее при каждом следующем слове мастера.
Эльф продолжал говорить, а огонь на свечах вокруг стал танцевать будто слышал в словах заклинания какой-то ритмичный мотив и не мог устоять перед ним. В воздухе повисло невидимое, но осязаемое напряжение.
Затем Унцель достал из сосуда маленькую палочку. На ее конце болталась капля крови. Я думал, что она вот-вот сорвется и упадет на пергамент, развернутый на столе, но она держалась уже с помощью магии. Эльф отставил горшочек в сторону и повел палочкой над картой Итрании. Он медленно водил над Пепельными Горами, Утесами Пяти Богов, Стенающей Рекой, которая впадала в Бездонное Море; над деревнями и городами, лесами и полями, пещерами и впадинами, а также другими местами куда остерегались соваться и люди, и эльфы, и орки и тем более гномы.
Пока маг продолжал медленно преодолевать дюйм за дюймом на собственной карте, я уже успел отыскать Аркалис. Сейчас он был не больше любого другого прилегающего к нему города, которые в последствии все до единого, кроме Грогховерполиса, будут меркнуть в его тени.
Наконец капля крови сорвалась с конца волшебной палочки и упала на…
