— Вряд ли нас там ждёт что-то доброе, — Рихо с сомнением поглядел на дымящиеся остатки ограды и тянущуюся за ними улицу. — Но и просто уйти мы не можем, так что… — он осёкся, чувствуя, как горячие пальцы сжали его запястье. — Ноэми, тебе лучше остаться здесь с…
— Нет! Я пойду с вами! Это мой дом, как вы не понимаете?!
— Ладно-ладно, тише, — кивнул Рихо. В конце концов разбивать отряд, оставляя кого-то с девчонкой, в этот раз и правда было неразумно. — Но от меня не отходи, ясно? И под ноги смотри, внимательно.
— Да вы… Я вам не младенец!
Тут Рихо всё-таки не выдержал:
— Знаешь, в церковное воинство детей тоже не берут! Но когда зеннавийцы оставили нам в султанате «подарок», от двоих из нашего отряда даже клочьев не осталось! А нам с тобой просто повезло, поняла?! Второго амулета у меня нет, так что, во имя Бездны — смотри под ноги!
И только уже произнеся эту вдохновенную тираду, понял каким недоумком себя выставил.
Потому что Ноэми шарахнулась в сторону, словно бы ждала, что он её ударит, а Гончие посмотрели на него с явным подозрением.
«Ну да, сначала в обморок грохнулся, а потом закатил сцену, что твоя фрейлина в корсете, — подумал Рихо, молча входя в поселение и жестом приказывая подчинённым следовать за ним. — Продолжай в том же духе — и они двинут тебя по башке, а потом свяжут, чтоб чего не выкинул… И правы будут. Если и вовсе не пристрелят, как сам же и предлагал».
К великому облегчению Рихо, ловушек им больше не встретилось… Как впрочем, и живых поселенцев. Глядя на тела, начавшие попадаться, стоило пройти чуть дальше ограды, он пожалел, что всё-таки не оставил Ноэми снаружи. Даже его самого передёрнуло при виде тянувшейся через узкий проулок гирлянды внутренностей полусожранного трупа, а Ноэми… Ноэми уж точно не стоило видеть такое. Особенно учитывая то, что рядом с этими людьми она прожила много лет.
Однако, на удивление, девчонка не билась в истерике и даже не плакала. Просто шла рядом, что-то тихо бормоча себе под нос.
И Рихо не знал радовало или пугало его такое спокойствие. Но куда больше сейчас был озабочен не переживаниями Ноэми и не собственным, надо признать, довольно паршивым состоянием, а картиной, представшей перед его глазами. Вовсе не из-за кровавости — скорее, потому что её части никак не хотели складываться в единое целое.
Дикие твари никогда не подошли бы к месту, рядом с которым было использовано тёмное колдовство, но сейчас Рихо прекрасно видел, что часть тел, пусть и пронзённых стрелами или копьями, были, ко всему прочему обгрызены, а то и полусъедены. К тому же выживших так и не нашли, несмотря на тщательно обшаренные дома, но среди убитых попадались почему-то исключительно мужчины и женщины средних лет и старше. Хотя в прошлый свой визит Рихо успел заметить здесь сектантов самых разных возрастов.
Подобное наводило на крайне скверные мысли. И от них Рихо отвлёкся разве что когда увидел Марту Руже. Похоже, ту убили на пороге собственного дома, но вместе с тем кто-то уже успел отгрызть ей руку по самое плечо — и, судя по чуть удивлённому, но спокойному лицу женщины, едва ли это случилось с ней при жизни.
— Я… не понимаю, — впервые за их скорбный путь меж вымерших домов нарушила тишину Ноэми. — Это звери?..
— Убивали люди, — бросил Рихо. — А вот жрали — уже явно не они.
— Но почему, как…
— Хотел бы я знать, — покачал он головой, но тут же продолжил: — И узнаю, клянусь небом!.. Узнаю и отплачу сполна.
С губ Ноэми сорвался короткий смешок.
— За еретиков?
— За людей. Которые даже если ошибались, то явно не заслужили такой смерти, — отрезал он. — Ноэми, послушай… Я знаю, что тебе сложно сейчас сосредоточиться. Но всё же… Попробуй сказать — тебе не кажется, что тел куда меньше, чем было членов вашей общины?
Она посмотрела на него изумлённо, но потом в её взгляде появилось понимание.
— Кажется… Да, точно, так и есть! Тут многих не хватает, и… и Манон!.. — Ноэми вновь посмотрела на тело Марты. — Манон тоже нет, хотя они с матерью почти не расставались.
Рихо кивнул. Было явно не время уточнять, что теперь Манон явно воссоединилась со своей родительницей уже навечно… На райских лавандовых полях, если Трое и правда так милосердны, как о них говорят священники. Потому что как бы не заблуждались эти женщины при жизни, учитывая всё произошедшее они явно не заслужили мук ещё и после смерти.
— Значит, остальные живы? — прервала Ноэми его размышления.
— Возможно, — уклончиво ответил Рихо, промолчав о том, что вряд ли стоило этому радоваться.
Бывшего проводника, Лейфа, они тоже так и не нашли — ни живым, ни мёртвым. Правда, Рихо забрал из дома Руже его сумку, рассчитывая хотя бы отдать её Вивьен.
А потом их отряд наконец-то добрался до площадки перед деревянным храмом еретиков, и Рихо понял, что самые худшие его догадки получили подтверждение. Здесь обнаружились девять обезглавленных трупов, три из которых принадлежали детям, а остальные — женщинам, одна из которых явно была беременна. Тела оказались разложены по кругу, внутри же него другой, малый, составляли головы жертв.
