Видимо, что-то подобное разум подсказывал и Ванеку. Но, в отличие от, например, меня, мастер обладал довольно скверным характером, что и подвело его к черте. Поссорившись с руководством и публично отказавшись от использования той самой книги (вроде бы она называлась «Литании») в работе, Ванек фактически подписал признание в ереси и поругании идей, за что и поплатился. Механикера посадили под домашний арест, откуда он сбежал, собрав из какого-то хлама миниатюрную бомбу. Несколько лет Ванек прятался по разным планетам и мегаполисам, сумел скинуть с хвоста нескольких оперативников (или инквизиторов?) — одного из них нашли отравленным дикой смесью кислот, и так полтора десятка лет назад он оказался в Терции. Барон Манфред, всегда отличавшийся изрядным вольнодумством, принял беглеца, что называется, с распростертыми объятиями. В терцианской глуши всегда ощущался некоторый недостаток в ученых людях, а Орден механикеров всегда был слишком далеко, чтобы обращать внимание на темное прошлое Ванека. Что-то мне это все напоминало, хе-хе.
— Ближайшие представители Ордена в Дельте, и, признаться, я думал, что там они и останутся. Что им в этой деревне делать… Но нет, Штали здесь, и эти…
— Кто-то из Шталей был здесь?
Ванек отхлебнул вина.
— Да много кто тут был. Главный их был, как его, лорд Фабиан, главный их механик, несколько солдат. Им кто-то порекомендовал меня для настройки радиосистемы, да еще и про миледи расспрашивали. Откуда-то они знали, что она сбежала.
— И что сказал им?
— Я? Что не мое дело, где моя подопечная, пока мне за это не платят, а что?
— Да ничего… — протянул я. Слишком много насилия стало в Терции со времен отбытия барона. Покушение на Энн, покушение на Ванека. В кого будут стрелять дальше? В меня, в Садама, в старуху Кьяру? Впрочем, последнюю не жалко. Хм. — В любом случае, тебе повезло, что я здесь.
— Спасибо, — с трудом выдавил из себя Ванек. Кажется, он начал успокаиваться — к нему начала возвращаться обычная надменность. — Тебе что-то нужно было от меня?
— Да, но сначала нам надо избавиться от тела. Машина есть?
— А? Да, есть, небольшой пикапчик. А что?
— Подгони его задом к двери. Максимально близко.
— Зачем?
— Прекрати задавать тупые вопросы.
Механикер бросился выполнять мое поручение, а я же, выпотрошив карманы неудавшегося убийцы, взял того за ноги и потащил тяжелое, как мешок с картошкой, тело к выходу. Ванек не появлялся слишком долго, и я уже начал беспокоиться, что у неудачника был напарник. Но нет, спустя несколько минут за углом раздалось тарахтение мотора, и вскоре Ванек довольно неумело припарковал у своего дома старый, разваливающийся на ходу пикап. Наступившая темнота и дождь лишь помогали нам в нашем нелегком деле, как и отсутствие уличного освещения. Я стащил с убийцы слишком заметные тряпки войска Шталей, запрятал их в мешок, после чего перетащил труп в багажник пикапа. После, накрыв тело пустыми мешками и тряпками, нагрузил сверху какими-то ящиками, повесил тент и велел механикеру аккуратно ехать в сторону окраины города, к огородам, обязательно избегая большой дороги. Время от времени я поглядывал назад через зеркало для того чтобы проверить, нет ли за нами какой-то слежки. Благо, в эту ночь жители Терции спали.
Как только мы миновали последнюю теплицу, и грунтовая дорога превратилась в две примятые полоски травы, мы с Ванеком поменялись местами, и теперь уже вел я. Путь мой лежал к берегу местной речушки, в густые заросли ивняка. Ивняк я вообще любил. Он мог скрыть любые следы. Где-то тут и стоило остановиться.
— Раз уж мы здесь, думаю, ты будешь точен в ответах.
— Каких? — насторожился Ванек.
— Я хочу знать о прошлом Энн. Все, что ты знаешь.
Механикер криво усмехнулся, сделал еще глоток и начал рассказ:
— Ее родители — брат барона нынешнего и его жена, соответственно. Брат этот был тем еще роялистом, хотел из Терции королевскую вотчину сделать, да вот не успел. Корабль космический, последний, что у Терции был, как-то не с той стороны зашел на посадку, да вот в море и рухнул. Никто не выжил.
— Энн была с ними? — я вылез из машины и принялся вытаскивать неудачника-стрелка из кузова.
— Нет, она была дома, в замке, где и должна была быть. Это ее и спасло. — Ванек скривился. Взявши своего убийцу за ноги, он потащил его сквозь частокол леса. Я же закрыл машину и схватил лопату.
Место механикер выбрал шикарное — небольшой овражек, идущий параллельно берегу реки, скрытый со всех сторон ивняком и ольшаником. Я выбрал место подальше от корней и снял лопатой слой дерна вместе с травой, принявшись рыть.
Ох, давненько я подобным не занимался. Эта работа слишком сильно напоминала мне об Эссване и его темных закоулках. Черт, я же хотел уйти от этого, но прошлое, слишком крепко вцепившееся в меня, не хотело отпускать. Как-то по-другому я представлял себе эту посыпанную ванилином фразу. Совсем по-другому…
