В тот момент, когда Этьен, встав с кресла, потянулся к пакету, Мари быстрым движением вынула из сумки короткоствольный пистолет Beretta Nano с глушителем и не целясь выстрелила ему в голову. Мужчина, раскинув руки в стороны, завалился на одеяло, на его лице застыла гримаса удивления. Убедившись, что ее собеседник мертв, девица спрятала пистолет и пакет в сумку и удобно устроилась в кресле, взяв в руку бокал. Почти не меняя позы, она просидела так около часа. Ближе к полуночи, аккуратно выдавила оконное стекло и сорвала штору, чтобы сымитировать проникновение посторонних в номер. А потом, вылив почти всю бутылку виски в унитаз, вышла в коридор и плотно, до щелчка закрыла за собой дверь.
Выходя из отеля, Мари, пьяненько улыбнувшись, прощебетала портье:
— Месье Этьен очень устал. Виски и так далее… Он спит. Просил его не беспокоить, пока сам не проснется.
Этим же дождливым вечером в Монако Ларионов вышел из «Hotel de Paris», но направился не к своему «Мерседесу», а сел в такси и вскоре уже был в аэропорту Ниццы. Там он, предъявив паспорт гражданина Канады, прошел в вип-зону, а через час уже находился на борту роскошного Gulfstream G500, принадлежащего никому не известной офшорной компании.
Игоря Ларионова больше не существовало. Впрочем, не существовало его и ранее, так как и паспорт, и вся его биография были искуснейшей подделкой. Вплоть до самых мелких деталей. А тот, кто долгое время называл себя Ларионовым и стал богаче больше чем на миллиард долларов, уставшим взглядом смотрел в иллюминатор на исчезающие огни набережной.
Закат неторопливо катился по Лондону, проваливая солнце куда-то за доки. Такси медленно ползло по центральным пробкам, пробираясь по вечно суетящемуся Сохо к красным шарикам и цветным решеткам Чайнатауна. Таксист, молодой араб, несколько раз оборачивался к клиентам — красивой китаянке и белому мужчине средних лет, напоминавшему ему какого-то голливудского актера, и, приоткрыв прозрачную перегородку, переспрашивал адрес ресторанчика на окраине китайского квартала.
Вскоре они подъехали к малозаметному заведению с незамысловатым названием «Империал Чайна», расположившемуся по соседству с парикмахерской на первом этаже четырехэтажного жилого дома. У входа их встретил высокий молодой китаец. Его на первый взгляд непроницаемое лицо при виде Джии моментально озарила улыбка. Они обнялись, перекинулись несколькими фразами на китайском и зашли в ресторан. Макс, рассчитавшись с таксистом, последовал за ними.
Уже в ресторане девушка обернулась и тихо сказала Малину:
— Это Цзян Жонг. Мы с ним росли вместе и не виделись почти десять лет. Сейчас он уже хунг кван — руководитель силовой группы, обеспечивающий безопасность главы «триады» — лунг тао.
— Нас что, пригласили на дегустацию китайской кухни?
— Если ты голоден, то тебя накормят. Сейчас через этот ресторан мы пройдем в резиденцию Гуанг Ланя, он лунг тао — главный босс «триады», работающей на территории Великобритании.
Они пересекли зал, где мирно обедали человек двадцать китайцев. Макс обратил внимание на то, что среди них не было ни одной женщины, а несколько человек, оторвавшись от еды, проводили гостей внимательными взглядами. Лестница, задрапированная коврами, привела их на второй этаж, где двое китайцев, под пиджаками которых были явно видны бронежилеты и пистолеты, поинтересовались наличием оружия и вежливо попросили пройти через рамку детектора.
Гуанг Лань оказался смуглым, моложавым и низкорослым китайцем, чей возраст мог быть как сорок, так и шестьдесят лет. Матовая пергаментная кожа обтягивала острые скулы, а очень темные глаза прятались в тонких морщинках, уходящих к вискам. Он встретил гостей в большом кабинете, обустроенном в слишком ярком наглядном сочетании роскоши и современных технологий, встал из-за стола и мягкой, неслышной походкой двинулся навстречу, раскрыв объятия Джии.
— Сколько же лет мы не виделись, во де нихаи[47]? Девочка моя! Я очень рад тому, что ты и твой американский спутник навестили старого Ланя.
— Спасибо за теплый прием, мистер Лань. Мне очень лестно, что вы, сяньшэн, занятой человек, нашли время для меня и моего друга Макса Малина.
— Твой отец и мой предшественник, великий лунг тао Бэй Шень так много для меня сделал… Но прошу к столу. Расскажите подробней о том, что привело вас ко мне.
Они присели за невысокий столик, на котором два китайца быстро и беззвучно расставили чай и миски со сладостями и ягодами годжи.
— Макс, расскажи все мистеру Ланю.
Малин открыл ноутбук и кратко поведал китайцу всю невероятную историю, сопровождая рассказ фотографиями. Когда на мониторе появились первые изображения того, кто назывался Сантаной, китаец наклонился к экрану, внимательно и долго всматривался в лицо молодого человека из давних шестидесятых. Всматривался так, как будто бы пытался понять, знает ли его.
