Мирдан и Вилан переправились на шлюпке на корабль Марина, и отец с сыном до полуночи обсуждали и разбирали допущенные в ходе учений ошибки и промахи. Вилан тихо сидел в стороне, и вскоре его сморил сон. Мирдан положил мальчика на запасной гамак в каюте отца и остаток ночи провёл на своём корабле. На рассвете «Фелита» и «Гелла» отдали швартовы, и Мирдан с отцом и братом вернулись в Логопуш…
Милана и Элина не спали. Они позавтракали и теперь сидели с рукоделием у окна, прислушиваясь к доносившимся с улицы звукам. Милана, заслышав стук колёс, опускала пяльцы с вышивкой и ждала, не остановится ли экипаж у их дома, но экипаж проезжал мимо. Она вздыхала и снова принималась за работу.
Повариха с утра ушла за продуктами на базар и ещё не вернулась.
Наконец Милана отложила рукоделие в сторону и пожаловалась Элине:
– Не могу больше вышивать. Вместо узора перед глазами вижу лицо мужа.
Элина, не понимая, как такое может быть, удивилась и хотела спросить про это, но не успела – у дома остановился экипаж и послышались знакомые мужские голоса.
Милана сорвалась с места и вихрем понеслась открывать дверь.
Элина помчалась следом.
Милана бросилась в объятия улыбающегося мужа, а Элина потащила Вилана в комнату показать подарок царевны. Мальчик стал упираться, но Марин подтолкнул его.
– Ступай, ступай… Уважь сестру. Смотри, как она тебя просит…
– Иди! Без тебя мы ничего не будем рассказывать, – со смехом добавил Мирдан.
Вилан уступил. Пока Элина хвасталась ему обновой, Марин принёс из своей комнаты кортик с коротким двулезвийным узким клинком и с костяной рукоятью и протянул оружие Мирдану.
– Будь добр, сделай от нашего имени подарок Вилану в присутствии его родителей. Он честно заслужил кортик. Я и сам бы подарил его, но пацан вышел в море на твоём корабле, и будет справедливо, если оружие юнге вручит капитан судна.
– А не рано ему получать в подарок боевое оружие? – засомневался Мирдан.
– Нет, не рано. Вилан был с нами почти в настоящем боевом сражении. Кортик будет напоминать ему о первом выходе в море.
Раздался стук в дверь.
Элина подбежала к окну и радостно закричала:
– Ура! Пришли наши родители!
Она помахала отцу и матери и вприпрыжку побежала за Марином, ушедшим открывать дверь.
Первым порывом Вилана было броситься родителям навстречу, но он степенно поздоровался с ними и с важным видом остался стоять на месте.
Гонтарь в недоумении посмотрел на сына, а Ликея тихо шепнула:
– Посмотри, Вилан стал совсем взрослым!
Гонтарь внешней перемены в сыне не заметил, но с женой согласился и подумал: «Спорить с женщиной – напрасный труд. У них свой взгляд на детей. То им хочется, чтобы дети дольше оставались маленькими, то чтобы сразу стали большими. Странный народ женщины. У мужчин всё проще – ясно и чётко. Никакой двоякости».
Мужчины направились в комнату обменяться новостями.
Вилан пристроился рядом с отцом, чтобы при первом удобном случае рассказать ему о плавании.
Вернувшаяся с базара повариха занялась приготовлением пищи.
Ликея с дочерью и Миланой стали накрывать стол. Время от времени женщина бросала нежный взгляд на своих детей и думала: «Как я хочу, чтобы мои дети жили с нами под одной крышей, но это невозможно – нельзя нарушить данное царице слово». Неожиданно чашка из дорогого фарфора выскользнула у неё из рук и, ударившись об пол, разбилась.
Ликея испуганно прижала руки к груди и виновато посмотрела на Марина. Присутствующие в комнате тоже посмотрели на него, но бывший разбойник интригующе сказал:
– Посуда бьётся к счастью, значит, сегодня одним счастливым человеком станет больше! Я даже знаю, кто будет этим счастливчиком.
– Кто? – вырвалось у всех.
– Терпение. Чуть позже вы узнаете об этом, а сейчас прошу всех пройти к столу.
– Марин, вы можете рассказать, как прошло плавание? – поинтересовалась Ликея, которую волновало всё, что было связанно с её детьми.
Марин пообещал. После завтрака они перешли в гостиную, и он вместе с Мирданом поведал гостям, о чём те хотели знать. Вилан тоже внёс свою лепту в рассказ.
– Марин, вы обещали назвать имя счастливчика, – напомнил Гонтарь.
– Нет ничего проще. Сегодня счастливчиком станет Вилан.
– Я? – удивился мальчик.
– Да, друг мой, ты! – подтвердил Мирдан. – Сегодня от своего имени и от имени моего отца в присутствии дорогих и близких людей я торжественно вручу тебе знак посвящения в юнги.
Мирдан достал из шкатулки кортик и протянул оружие Вилану.
– За отвагу и мужество, которые ты проявил пусть не в настоящем, но всё же морском сражении, мы, капитаны, вручаем тебе кортик, которым посвящаем в юнги.
