…Странное совпадение, но в то же самое утро 19 июня, в 2500 километрах восточнее Гибралтарского пролива, на ту же тему размышлял Эрик Лафит. 36-футовая мотояхта «Dirty-dog» дрейфовала юго-западнее Крита, над глубоководным желобом Хелленик. Конкретно — над Матапанской бездной. К Эрику идея об айсберге пришла иначе, чем к Юлиану. Журналист (ныне аудио-мастер и топ-блогер рэп-Z-рэйв команды Калибана) вдруг почувствовал себя маленьким айсбергом, отколовшимся от берегового ледника. Эрику пришло в голову, что всего три недели назад он жил обыкновенной жизнью. В смысле: тогда он полагал, что занимается интересной работой, проводя рискованные журналистские исследования андеграунда мегаполисов Франции, а в остальном жизнь обычная для парня 27 лет со свободной профессией, без семьи, и без предрассудков. У Эрика была обычная съемная квартира, обычные приятели, обычные развлечения. Он просто не задумывался, что все это — обычное. Но вот, судьба махнула хвостом, и Эрик оказался среди аргонавтов, которых он ранее считал субкультурой — гибридом морских хиппи со стимпанком, биопанком и атомпанком. Теперь…
…Теперь, после близкого знакомства, аргонавты казались ему цивилизацией людей из параллельной вселенной. Его вдруг посетила мысль: не только он в форме маленького айсберга провалился в эту параллельную вселенную, а весь привычный мир, утрачивая прочную связь со своим прошлым, сползает туда. Это происходит постепенно, так что большинство людей не воспринимают эти перемены, как связный процесс. Люди уже привыкли, что жизнь постоянно меняется из-за капризов правительства и парламента, банковских пулов и ассоциаций крупных домовладельцев, цифровых гига-концернов и глобальных розничных торговых сетей. Чаще всего эти перемены означали для людей новые бюрократические неудобства, подорожание каких-то услуг, или просто поборы, возникающие на пустом месте. Более редкие позитивные перемены (вдруг возникшая возможность купить что-то полезное по дешевке и без бюрократических проблем, или уклониться от какого-то побора) выглядели для среднего европейца, как дар судьбы. У даров судьбы нет единой причины — так обычно считается. И даже если частота даров судьбы растет, то большинство людей, не задумываясь о причине, просто радуются…
…Эрик Лафит теперь был уверен, что знает причину. Частота даров судьбы росла не случайно на протяжении последних четырех лет. Перемены начались с одной корзины игрушек, мимоходом присланной с пролетающего беспилотного звездного парусника инопланетной цивилизации. Когда Эрик думал об этой корзине с научно-прикладными игрушками, то у него в сознании возникали сразу две разноплановых ассоциации:
Первая — спасательный круг.
Вторая — троянский конь.
По журналистской привычке, он мысленно составлял краткий сценарий событий: вот Глобальный Мир, который уже 20 лет неотвратимо сползает в трясину рецессии. Груз растущих финансово-бюрократических надстроек и распухающих цифровых иллюзий, называемых «новой экономикой», топит реальную экономику в липкой жиже. На этом тоскливом фоне выросло целое поколение, которому по хрен будущее — поскольку они впитали с детства ясное понимание, что нет никакого будущего при таком настоящем. Футурологи рассуждают о предопределенности гибели любой цивилизации — Древний Египет погиб, затем Вавилон, античная Эллада и Рим. Теперь наша очередь… Но вдруг прилетает то ли спасательный круг, то ли троянский конь. И вот теперь…
…С одной стороны: экзотический социально-постиндустриальный союз аргонавтов с хуррамитами породил цепочку продуктивных мини-технополисов в Верхней Ливии, в Албании, и на Сардинии. Европа получила поток дешевых потребительских товаров.
…С другой стороны, мини-технополисы и аргонавтинг выкачивали из Европы самую перспективную молодежь, предлагая образ жизни, которого эта молодежь хотела. Это выкачивание состояло не только в миграции, но и в дистанционном найме… …Никто точно не знал, сколько европейских специалистов работает в этой сфере и, в процессе работы перенимает жизненную философию аргонавтов. Эрик не мог для себя ответить на вопрос, хороша или плоха их жизненная философия, однако чувствовал ее несовместимость с европейской традицией в каком угодно смысле… …Хотя, не только с европейской. Также с азиатской и с африканской. Вообще с любой человеческой традицией, существовавшей когда-либо в истории…
…Тут журналист вспомнил Шекспира: «распалась связь времен». Вот опять аналогия с айсбергом, который откололся от берегового ледника, и уплывает в океан будущего. В неизвестность. Хотя отдельные искорки из будущего уже стали известны, и одна такая искорка лежала рядом с Эриком, свернувшись клубочком, как кошка.
