Через тринадцать дней после того, как Фроан пересёк границу, он впервые увидел Железный дворец. Ничто из того, что он видел во время своих путешествий, не могло подготовить его к этому зрелищу. Сначала он не мог поверить, что это сооружение создано руками человека: оно казалось слишком большим. Дворец возвышался над городом в великолепной изоляции на утёсе, и единственным фоном для него было небо. Прежде чем Фроан смог рассмотреть его поближе, ему пришлось пройти через город. Там его встретили самым радушным и восторженным образом за всё время его путешествия. Со всех зданий свисали чёрные знамёна, толпа была огромной, дары – экстравагантными, а тринадцать человек были выведены на казнь. Фроан с нетерпением терпел всю эту помпезность и показуху, думая лишь о том, как поскорее добраться до дворца.
Когда церемонии наконец завершились, Фроан отправился в свой новый дом. Чем ближе он подъезжал, тем больше его поражали размеры замка. Если бы он не был таким симметричным, Фроан мог бы подумать, что это холм, построенный из чёрного, смазанного маслом железа. В основе замка лежал огромный квадрат, окружённый стенами, которые сужались к центру и поднимались на высоту более десяти человек. По углам располагались квадратные башни с плоскими крышами. Примерно посередине задней стены возвышалась пятая башня. Она отличалась от остальных тем, что была намного выше, в ней не было окон, а её верхняя часть сужалась внутрь, образуя пирамиду со срезанным верхом. Плоская часть, по-видимому, представляла собой небольшую площадку. На вершинах других башен, как и на внешних стенах, были зубцы. Из-за этого они выглядели остроконечными, поскольку каждый зубец был увенчан пирамидой с крутыми сторонами.
Фроан мог разглядеть верхние этажи огромного здания, возвышавшегося за стенами. Единственным другим заметным сооружением была сторожка у ворот, выступавшая из передней части дворца. Она тоже была гигантских размеров и возвышалась почти так же высоко, как стены позади неё. Железные ворота занимали всю её огромную стрельчатую арку. Когда колонна приблизилась к ним, по десять всадников в ряд, ворота медленно поднялись, открыв чёрную зияющую дыру.
Глядя на Железный дворец, Фроан был поражен, что такое сооружение принадлежало одному человеку. Еще больше он был поражен тем, что оказался этим человеком. Одна мысль об этом приводила его в трепет и благоговейный трепет. Это казалось грандиозной фантазией, сном, от которого он мог проснуться и снова обнаружить себя на болотах.
Колонна, по-прежнему двигавшаяся шагом, проехала через ворота в просторный и холодный внутренний двор. Во дворе стояло массивное прямоугольное здание, занимавшее большую его часть. Верхний этаж здания был пронизан высокими узкими окнами с остроконечными арками, а венчала его крутая шиферная крыша. Фроан предположил, что это и есть сам дворец. Как и башни и внешние стены крепости, он был покрыт железными пластинами. Все остальные постройки, окружавшие двор, были возведены из того же камня, которым был вымощен двор, – из чёрного базальта. Эффект был мрачным, но впечатляющим.
Из дворца выбежали люди в чёрном и бросились к нему. Фроан решил, что это слуги, и их робкое поведение подтвердило его догадку. Один из них встал на четвереньки, превратившись в живой табурет, а остальные низко поклонились.
– О могущественный господин, – сказал один из них, – наше единственное желание – исполнить любое твоё желание. Мы в твоём распоряжении.
Затем заговорил второй.
– Тебя ждёт Святейший Горм.
Фроану показалось, что второй мужчина противоречит первому, но тот ответил ему, приказав отвести его к Всевышнему.
Внутреннее убранство дворца было таким же впечатляющим, как и его внешний вид. Фроан прошёл через череду больших тёмных залов, двигаясь так быстро, что самым ярким впечатлением, помимо темноты, стал для него запах. В холодном воздухе витал едва уловимый, но стойкий аромат. Сначала Фроан не мог понять, что это. Затем он вспомнил затхлый запах высохшего трупа, который он нашёл на вершине Твин Хайт. Фроан представил, что если бы люди строили гробницы в Серых Болотах, то они пахли бы так же, как эти мрачные помещения, – древностью и смертью.
Когда он вошёл в большой зал, ему показалось, что он снова оказался на улице, потому что это огромное помещение превосходило все представления Фроана о том, какой может быть комната. Она казалась слишком большой для человеческих нужд. Чёрные колонны напоминали ему деревья, особенно там, где они изгибались, образуя стрельчатые арки потолка. Зеленоватое стекло в высоких окнах приглушало свет и окрашивало его в подводные оттенки. Больше всего поражала пустота зала, то, как он поглощал звуки и заставлял Фроана чувствовать себя ничтожным.
