– В конце концов отец скажет тебе, что нас послал Карм. Он утверждает, что ему было видение. – Мемлеа огляделась по сторонам. – И теперь я ему верю.
– Простите мою дочь за прямоту, – сказал Ваккус. – Однако то, что она говорит, – правда. Богиня послала меня сюда, хотя ни в коем случае не дала четких указаний. Все, что у меня было, – это картинки в голове. Первая, которую я узнал, – это трактир у длинного и древнего моста. Отличное заведение. Винденское красное было весьма неплохим, хотя ему немного не хватало крепости. Тем не менее, его выдержанность и...
– После своего видения, – сказала Мемлеа, – он продал нашу винодельню, купил черенки виноградных корней и отправился сюда, чтобы заложить виноградник.
– На этом самом холме, – сказал Ваккус. – Богиня была настойчива. Похоже, у нас не было другого выбора, кроме как последовать ее мудрости, хотя мне не нужно говорить вам, что Мемлеа была не слишком благосклонна. «Карм нет дела до вина». Вот что она сказала. Ха! Вы когда-нибудь слышали подобную чушь? Все – я имею в виду все – именно так, как в моем видении. Так где же парень? Тот, которого зовут Фрост.
– Ты имеешь в виду Фроан? – спросил Хонус.
– Фрост, Фроан – они означают одно и то же.
– Он в погребе, делает сыр.
Ваккус улыбнулся своей дочери.
– Видишь? У него уже есть погреб! Конечно, богиня понимает, что такое виноград. Вот почему мы в Лювейне. Он был легендарен своими урожаями. Да, да, это было давно, но почва остается почвой. Мемлеа? Мемлеа, ты слушаешь?
Стоило только взглянуть на Мемлеа, и стало ясно, что нет. Ее лицо приобрело румяный оттенок, и она смотрела на разрушенный дом, сложив губы в загадочное выражение, которое могло быть шоком, узнаванием или даже удивлением. Хонус проследил за ее взглядом и увидел Фроана. Он вышел из развалин, но, похоже, остановился на середине пути. Его лицо было зеркальным отражением лица Мемлеи. Хонусу доводилось слышать о людях, которые сразу узнавали свою любовь, но только в сказках. Его собственный опыт был совсем иным, и он считал подобные рассказы просто выдумкой бардов. Однако в этот момент он был менее уверен. Он предположил, что Ваккус, возможно, неправильно понял его видение, поскольку ему показалось, что Карм интересует не вино.
– Хонус, я уверен, что мы сможем договориться, – сказал Ваккус. – В конце концов, почва, которая лучше всего подходит для винограда, не так уж хороша для других культур. У меня есть лучшие корни, которые только можно найти, опыт, накопленный за всю жизнь, и дочь, которая, несмотря на интерес к духовным вещам, очень трудолюбива. Винодельня требует труда многих рук, но вознаграждение может быть огромным. Кроме того, все это – воля Карм. Человек с твоим происхождением наверняка видит ее руку в нашем появлении.
В кои-то веки Хонус подумал, что так оно и есть.
– Фроан, – позвал он. – Познакомься с Ваккусом и его дочерью, Мемлеей. У Ваккуса есть предложение и интересная история.
Йим верила в выбор, а не в судьбу. Хотя Хонус и прислушивался к ее мудрости, он все же считал, что Фроану и Мемлеа суждено было выбрать друг друга. Это не значит, что они сразу же полюбили друг друга. С самого начала между ними завязалась дружба, ведь они были очень похожи по своей доброй натуре. Кроме того, они хорошо работали вместе. Более глубокие чувства приходили медленнее.
Однажды пара исчезла. Когда они вернулись, глаза Фроана были красными от слез, а Мемлеа смотрела на него с сочувствием и пониманием. Тогда Хонус понял, что Фроан рассказал все о своем прошлом. После этого откровения их любовь стала еще более явной и легкой. Они беспрестанно разговаривали, часто смеялись и находили причины работать бок о бок. Хонусу казалось, что они – две лозы, растущие вместе, пока они не переплелись настолько, что стали похожи друг на друга. Радость, которую они находили вместе, заставляла Хонуса с тоской вспоминать времена, проведенные с Йим. Но над этой парой не висела гибель.
Обладая энергией молодости, Фроан и Мемлеа проделали большую часть тяжелой работы по расчистке и посадке виноградника. Ваккус помогал им, передавая опыт всей жизни. Когда он рассказывал о сортах, которые ему никогда не попробовать, становилось ясно, что они занимаются не только посадкой винограда.
Хонус занялся более рутинными делами – дойкой и садоводством. Медленный темп работы его вполне устраивал, ведь долгие холода трансов изрядно потрепали его тело, и ему казалось, что жизнь движется слишком быстро. Это часто утомляло его. К всеобщему удивлению, после сбора урожая Фроан и Мемлеа сыграли свадьбу. Простая кармишская церемония с подарками и клятвами прошла на вершине холма, откуда открывался вид на новые лозы. После этого был устроен пир для всех соседей, но свадебного путешествия не было. Было слишком много дел. Хотя винограда для прессования не хватит еще несколько урожаев, Ваккус уже готовился к сбору первого урожая. Хонусу казалось, что производство вина – слишком сложное дело. Тем не менее, Фроана оно, похоже, увлекало.
