– Я тоже проголодалась, а эти пирожки очень вкусные, – заявляю я, с наслаждением впиваясь зубами в слоёное тесто и начинку из сочных грибов с жареным луком.
Гарет следует моему примеру, и его глаза вспыхивают от удовольствия.
– О, счастье! Да это пища богов!
Я довольно киваю, впитывая каждую минуту счастья. Такой ужин с Гаретом в кладовке для меня драгоценнее и лучше любого изысканного пира в каком-нибудь пышном особняке в Валгарде. Кроме того, Фернилла готовит куда лучше любого прославленного повара, которых нанимают знатные гарднерийцы.
– Что же случилось, пока меня не было? – спрашивает Гарет, отхлебнув чаю.
– Ты ешь, ешь, – улыбаюсь я. Как хорошо поговорить с другом, которому безоговорочно доверяешь. Я даже вздыхаю от облегчения, прежде чем ответить. – Долго рассказывать.
– Ты спасла шелки! – спустя некоторое время восхищается Гарет. Чай давно остыл, а от пирожков остались одни крошки. – А какая она?
– Марина удивительная. Добрая и милая, – отвечаю я, поглаживая кухонного кота, который мурлычет у меня на коленях. – Она долго болела, но теперь понемногу выздоравливает. Мы выяснили, что ей лучше давать сырую рыбу. А ещё она довольно хорошо говорит на общем языке.
С тех пор как Марина научилась с нами разговаривать, мы узнали о ней очень много, о чём я конечно же во всех подробностях сообщаю Гарету.
Шелки живут в больших городах, расположенных в океанских пещерах, подсвеченных особыми кораллами, и несмотря на их большую численность – их тысячи! – обитатели городов очень дружны.
– Она не сразу поняла наш язык, – объясняю я. – На земле для неё всё звучит иначе. Странные звуки, которые она издаёт на воздухе, под водой превращаются в особые щелчки и мелодии. В своём мире она музыкант, учится мастерству у знаменитого менестреля, наверное, музыкальный слух и помог ей выучить наш язык.
– Невероятно, – выдыхает Гарет. – Я очень рад, что тебе удалось помочь Марине.
– Нам ещё многое предстоит сделать, – задумчиво хмурюсь я, рассеянно поглаживая кота. – Источники волшебной силы шелки – их шкуры, однако я не представляю, где искать потерянную морскую одежду Марины. Без этой защиты наша шелки очень слаба.
– А почему шелки вообще выходят из моря? – с любопытством спрашивает Гарет. – На земле их поджидает столько опасностей.
– Магию морских перевоплощений иногда перехватывает какое-то древнее заклинание. И тогда, обычно это случается в полнолуние, шелки против их воли влечёт на берег. Я не очень понимаю, как это действует, но так объяснила Марина. А потом… ты сам знаешь, что бывает с ними потом.
Гарет долго молчит, прежде чем спросить:
– Можно мне с ней встретиться?
– Не знаю, Гарет, – качаю я головой. – Мы пытались познакомить её с Тристаном, Рейфом и другими, но она очень боится мужчин.
– Рен, её надо вывезти отсюда как можно скорее, – твёрдо говорит Гарет. – В Валгарде всё чаще поговаривают о том, что шелки станут убивать, едва они выйдут из моря. Кажется, какая-то большая шишка из Совета скоро выступит с официальным заявлением.
Я тоже мрачнею.
– Это работа тёти Вивиан. – Я прикладываю ладонь ко лбу, пытаясь остановить нарастающую головную боль. – У Марины есть сестра, которую, скорее всего, держат в одной из… таверн. – Последнее слово я выплёвываю с нескрываемым отвращением. – А сколько с ней других шелки… Надо придумать способ освободить их, прежде чем моя тётушка выступит и получит поддержку Совета магов.
– А Сопротивление может помочь?
– Чтобы освободить шелки, требуется целая армия, которой верпасийское Сопротивление не располагает. Они и так едва справляются с беженцами.
Качая разболевшейся головой, я ловлю на себе серьёзный взгляд Гарета.
Он склоняется ко мне и кладёт ладонь на мою руку.
– Рен, я моряк. Разреши мне с ней встретиться.
Его всегда удивительно добрые глаза смотрят решительно, и мне не хочется отказывать. А вдруг Марина не испугается?
– Хорошо, Гарет. – Глубоко вздохнув, я киваю и усаживаюсь поудобнее. – Приходи завтра вечером.
Гарет тоже садится поровнее, и по его лицу пробегает тревожное облачко.
– Рен, – помолчав, решается наконец он. – Ты уже знаешь, с кем обручишься?
Вопрос неожиданный, скажем прямо.
– Со мной хочет обручиться Лукас Грей, – отвечаю я. В глазах Гарета мелькает неодобрение, и я расстроенно качаю головой. – Но… я не могу.
– Полагаю, твоей тёте такое решение не понравилось.
– Она пока не знает, – признаюсь я.
Гарет задумчиво щурится.
– Мы должны обручиться до истечения пятого месяца. И это не шутки. Нас заставят.
– А ты? У тебя кто-то на примете?
Гарет коротко и горько усмехается.
– Кому я нужен в Гарднерии? Мои волосы… – Поколебавшись, он угрюмо произносит: – Если дойдёт до вмешательства Совета магов, они начнут выяснять расовую чистоту моей семьи.
– Но, Гарет, ты же гарднериец!
– Да, так утверждают мои родители, – цедит он сквозь зубы. – Вот только… Я точно знаю, что среди моих предков были представители и других рас.
– Выходит, тебе опасно проходить церемонию обручения, – встревоженно хмурюсь я.
– Только если это будет по принуждению. В таком случае мне придётся бежать из Западных земель.
– Куда же ты направишься?
