Алешка стал для нее самым близким человеком, другом, братом, предметом мечтаний и вообще целым миром. Но как только подобные мысли приходили ей в голову, она с прежней своей сдержанностью отгоняла их прочь, стараясь не тешить себя напрасными мечтами. К тому же он был ей так дорог, что любое эгоистичное желание привязать его к себе могло бы свести на нет всю возвышенность переживаемых ею эмоций. Ведь для тех, кто по-настоящему дорог, всегда хочется только самого лучшего. Марго искренне мечтала, чтобы Алешка поступил в вуз, к которому так упорно и долго готовился. Еще не успели затянуться раны в ее душе, а она уже воодушевляла его заниматься все больше и больше, понимая, что он и так потерял с ней достаточно времени.
Новый год они встречали вдвоем. Родители Алешки предлагали ему привезти Марго к ним в дом, но он наотрез отказался. За два дня до Нового года он притащил к Марго здоровенную елку. Такую огромную, что даже пришлось обрезать верхушку. Он сам нарядил ее, сам украсил дом. Мама продолжала приходить каждый день, помогая Марго делать все, что та не могла самостоятельно, а накануне праздника они с папой привезли целый багажник еды.
Когда до Нового года оставалось всего несколько часов, в дом на Бассейной улице постучали. Алешка с Марго сидели в гостиной и читали друг другу повести Эдгара По. Пират лежал, уткнувшись мордой в колени хозяйки. Алешка встал и направился в прихожую, соображая на ходу, что могли забыть родители. Однако, открыв дверь, он застыл в изумлении. На пороге стояли его друзья. Почти весь класс за исключением нескольких человек. Одеты они были по-праздничному, с раскрашенными лицами и красно-белыми шапочками на головах. Впереди одноклассников стоял Рамзес.
– Слушай, – сказал он, – может, нужно было сначала спросить, но мы так, на чуть-чуть. Не хотели мешать, но ведь праздник… – впервые в жизни голос друга звучал смущенно.
– Марго! – крикнул Алешка от двери. – у нас гости!
Наваливаясь на рычаги по бокам коляски локтями (локти у нее, в отличие от кистей, еще сохраняли силу), она выехала в коридор. На лице ее заиграла улыбка. Интересно, что она могла почувствовать? Столько ровесников она видела в последний раз несколько лет назад.
– Так чего же ты всех на морозе держишь? Теперь понятно, зачем твои родители столько еды привезли.
Ребята вошли в дом. Как они ни старались, но каждый из них с любопытством разглядывал ту, о ком в последнее время в городе уже слагались легенды. Среди прочих была и Ленка. Только сейчас она как-то сливалась с другими, не была такой яркой. А может, это Алешке так казалось, потому что даже несмотря на все горести, которые перенесла Марго, она продолжала оставаться для него самой необыкновенной и красивой. И все, что было, все, что выпало на долю этой худенькой девушки, только убеждало его в ее особенности.
Человек двадцать набилось в гостиной. Сперва все чувствовали себя немного скованно. Но спустя несколько минут никто уже не ощущал себя в компании с инвалидом. Такой уж была Марго. Ее внутренней силы духа хватало, чтобы заразить своей необъятной энергией и одного, и двадцать… да хоть сотню человек!
Ребята не ушли, как планировалось, до наступления Нового года. Телевизора в доме на Бассейной улице не было. Так что определять, когда пробьют куранты, пришлось по мобильнику. Но даже одного маленького экрана на такую толпу было достаточно, чтобы в тишине послушать поздравление президента и с громкими воплями встретить праздник. Ребята ели, шутили, жгли бенгальские огни и пускали салюты. Словом, все было так, как и положено на Новый год.
Когда Рамзес с Алешкой оказались на улице в стороне от других, устанавливая самый большой заряд ракет, Алешка сердечно поблагодарил друга:
– Я даже не ожидал, что ты соберешь всех. Мне кажется, ей это очень важно.
– А я даже начинаю понимать, почему ты забросил все и проводишь тут время. – Рамзес выпрямился в полный рост.
– Серьезно?
– Да. Не знаю, с ней что-то не так. Нет, то есть я хотел сказать, все так… Тьфу! Короче, не такая она, как другие. И говорит, и смотрит. Короче, друг, повезло тебе.
Алешка обернулся. Остальные ребята топтались на крыльце. Дверь в дом была открыта настежь, так что Марго, находясь за порогом, могла общаться со всеми.
– Она словно и не чувствует сама…
– Чего не чувствует? – Алешка напрягся.
– Ну, знаешь, ведет себя как нормальный человек.
– Она и есть нормальный человек. – Алешка развернулся и пошел в дом. Рамзес поджег фитиль. Через мгновение в небо устремились десятки огненных стрел. Стало светло как днем.
Около четырех часов утра все разошлись.
В доме стало очень тихо. Только Пират, возбужденный от невиданного прежде количества чужаков, все еще бродил из одной комнаты в другую, прислушиваясь и принюхиваясь, не обронил ли кто из гостей кусочек мяса.
