Падишаху показалось странным — как это ему, правителю могущественного государства, да нельзя будет отвергнуть, отклонить чьи-то, пусть даже дочернины просьбы. Но хорошенько поразмыслив, он все же согласился. Тогда каландар достал из своей котомки одно яблоко и отдал его падишаху, сказав, что с ним надо сделать.
Вечером, перед тем как лечь спать, падишах съел одну половину яблока, а другую — отдал жене. Вскоре ровно через девять месяцев и девять дней она родила чудную девочку. Повитухи назвали ее Мушкия — благоуханная.
Минуло пять лет. Няньки с любовью выпестовали девочку и обучили ее разным наукам и премудростям. Когда она достигла зрелости, то превратилась в стройную и красивую девушку.
Как-то няня мыла ей голову и случайно в благоуханных мускусных локонах обнаружила блошку. Няня показала блошку принцессе и спросила, что с ней делать. На это Мушкия ответила: «Заверните ее в комочек ваты и спрячьте куда-нибудь подальше». По истечении нескольких дней малика вынула из ваты блошку, поместила в золоченую клетку и стала что-то туда подкладывать, тщательно ухаживать за ней. После такого таинства блоха вдруг стала непомерно расти и расти и уже не стала вмещаться в клетке. Принцесса повелела вытащить из клетки блоху, спустить с нее шкуру и изготовить из той шкуры подстилку-коврик наподобие овчины. Удивилась няня таким делам принцессы, но ничего не сказала.
Об этом коврике, кроме няни, не знала больше ни одна душа.
Няня не стерпела и спросила у царевны: «О моя малика, что вы собираетесь делать с этим блошиным ковром?»
Молодая принцесса ответила на это странными словами: «Этот блошиный коврик мы постелим перед гостем, пришедшим ко мне свататься. И если кто-нибудь из женихов догадается и скажет: „Что вы под меня стелете какой-то поганый ковер? Ведь в ваших царских хоромах хранится столько дорогих бархатных и атласных одеял!“ — то быть мне тогда его суженой».
Произнеся эти слова, принцесса в душе упрекнула себя за оплошность: «Зачем я раскрыла свою тайну? У няни, кажется, есть сын, и что если она расскажет ему обо всем? Тогда ни за что я достанусь ему». Обеспокоенная этим, принцесса вынуждена была попросить отца:
— О мой любимый отец! Прикажите кому-нибудь из ваших расторопных людей отвести мою няню в глухую знойную пустыню…
Падишах не стал перечить дочери и, призвав одного из верных слуг, приказал ему выполнить все, как велела принцесса.
Целый день ехали падишахский слуга и старуха-няня, пока не приехали в самую безлюдную даль раскаленной пустыни. Спустив с лошади старушку, слуга обратился к ней:
— О бедная матушка! По приказанию падишаха я должен был здесь вас порешить и, обмакнув в вашу кровь вот этот белый платок, привезти его назад. Но я не стану этого делать. Платок же измажу кровью какой-нибудь бродячей собаки или дикой кошки, которых немало рыщет в здешних краях.
Сказав это, падишахский слуга оставил старую няню в пустыне, а сам отправился в обратный путь. Приехав во дворец, слуга вручил окровавленный платок падишаху. После этого принцесса вздохнула облегченно и успокоилась. А теперь послушайте о судьбе старушки-няни.
Оставленная одна среди желтых барханов, старуха не заметила, как подкрался и опустился вечер. Вдруг отовсюду послышался вой волков, которые все ближе подступали к ней, намереваясь загрызть ее. Однако тут вперед выступил волчий царь-вожак и спросил престарелую женщину: «Эй, старушка, по какой такой причине ты появилась здесь одна? Говори правду, как есть, а не то разорвем тебя в клочья!» Старуха с трудом овладела собой и тихо заговорила: «Послушайте меня, волки. Я была няней одной падишахской дочери. Из-за нее попала в эту беду. И вот что я скажу тебе, царь волков. Расправьтесь-ка сначала да при моих глазах с этой девицей, а уж потом, я согласна, принимайтесь за меня». Волчий царь возразил ей, сказав: «Не забывай, старуха, ведь я из волчьего племени, а та знатная девица принадлежит к шахскому роду. Так что мне до нее никак не добраться». «О царь волков, — обратилась старушка. — Да будет тебе известна одна ее великая тайна. Когда к той принцессе придет свататься гость, то под него станут стелить небольшой коврик. И если жених при этом воскликнет: „Подобает ли стелить блошиный ковер перед почетным гостем в таком славном да богатом царстве-государстве!“ — то он вправе будет заполучить царевну себе в жены, потому что она сама дала такой обет. Когда ты, царь волков, отправишься во дворец, постучишься в царские врата и скажешь, что являешься посланником-сватом, то тебя впустят в ханские чертоги. А станут стелить под тебя тот ковер, скажешь те самые слова, которым я тебя научила. Ты, волчий царь, все ж благородное существо, а каково было бы ей, если об этой тайне узнал бы какой-нибудь паршивый пес? Быть бы ей тогда псовой невестой, потому как она обязана сдержать свое обещание. Так что помяни мое слово, она будет твоею и ты вернешься в свои края с небывалой удачей. Если же мои слова окажутся ложью, то проглоти меня живьем на этом самом месте».
