Ганс подхватил меня за талию и приподнял, удерживая на себе, провел руками по бедрам и поднял их выше. После подтянул мое тело, так что мои ноги обхватили его талию. Его торс полностью был прижат ко мне. Его крепкие руки сжимали мою спину, то и дело перемещаясь по ней, цепляя пальцами мои локоны волос. Ганс во всей своей страсти аккуратно посадил меня на стол и, не сбивая свое дыхание, продолжал страстно целовать. Задрав подол платья, он нащупал чулки, те самые, которые мне подарил, и, сжав их в кулак, стал стягивать так, что будто вот-вот – и они расползутся. Очень медленно, чтобы не пропустить ни один сантиметр моей ноги, он касался своими губами моей кожи. И как только правый чулок сполз до щиколотки, он приподнял мою стопу, прижал к щеке и нежно поцеловал. После чего спустил ее вниз и посмотрел на меня. Между нами на расстоянии нескольких сантиметров присутствовали лишь дыхание и взгляды. Ганс схватил мое лицо руками, уткнулся носом и произнес:
– Ты моя? Скажи, что ты моя!
– Твоя… – тихо произнесла я и ответила поцелуем на его вопрос.
Ганс расстегнул до конца мое платье и стянул до поясницы. Я облокотилась на локти, откинув тело назад. И, представ перед ним полностью с обнаженной грудью, прижалась изо всех сил бедрами к нему. Он взял в свои руки мои и нежно поцеловал, а потом медленно подвинул меня к себе и провел по правому бедру одной рукой. Несколько раз туда и обратно, не прекращая тяжело дышать и смотреть в мои глаза. Я чувствовала его желание, я чувствовала то, что до этого не могла прочувствовать никогда, страсть, это была страсть!
Большим и указательным пальцем Ганс схватил меня за подбородок и подтянул к себе. Как только он впился в меня поцелуем, тут же проник в меня…
Он был в ритме со мной, иногда замедляясь или ускоряясь, как только чувствовал мои телодвижения. Я не хотела думать, когда всему будет конец, я думала о том, как дольше этим моментом насладиться!
Ганс убрал с моего лица волосы, рассмотрел меня всю и заговорил сквозь дыхание:
– Ты прекрасна.
– Ганс, я…
– Тсс. Я знаю. Я хочу, чтобы мы просто это берегли. Наши чувства, наши эмоции, нашу любовь.
Спустя время мы оказались лежащими на кровати. Я лежала на груди мужчины и не чувствовала дискомфорта в этом. Мне не хотелось отвернуться, мне не хотелось уйти, мне не хотелось его покидать. Мне хотелось остаться с ним надолго, навсегда!
Я открыла глаза и посмотрела в окно. Рассвет. Он был прекрасен. Чувствовалось тепло летних лучей, и хотелось потянуться и насладиться моментом, пока меня не осенило, что я проснулась там же, где и уснула, на груди любимого мужчины! Ганс спал так сладко, как, наверное, спят маленькие дети. Я вскочила, задев коленом Ганса, он тут же открыл глаза:
– Мм, девочка моя. Доброе утро…
– Ганс, какое утро? Я у тебя. Мне надо уходить.
– Прости, это я виноват. На часах 4:30, у ваших подъем. Все нормально, не переживай. Возьмешь посуду и пойдешь спокойно. Скажешь, я просил утренний кофе.
– Хорошо. Вот только сомневаюсь, что в это поверят.
– Неважно. Спросят – ответишь, нет – значит, просто промолчишь.
Я засуетилась по комнате. Собравшись как могла, понимала, что у меня на лице все написано, но пришлось натянуть маску. Уже практически на пороге Ганс меня схватил в свои объятия и, изо всех сил прижав, поцеловал крепко на прощание.
Я шла по тропинке и вспомнила один наш диалог с Раисой:
« – А как я узнаю, что это именно тот самый? Что тот самый мужчина? – задала я вопрос своей подруге.
– Когда он скажет тебе: «Ты моя!» Для него это будет очень важно. Чтобы ты была именно его, той самой, которую он так долго ждал! Влюбленный мужчина просто посмотрит на тебя и сразу решит тебя присвоить. Только его, ничья больше! Когда ты принадлежишь только ему, он будет за свое бороться, защищать, оберегать. Он сделает все, чтобы тебя не потерять, главное для него – это тебя сохранить рядом с собою. Он станет о тебе заботиться, потому что ты его, он так решил. Он окружит тебя таким вниманием, что ты забудешь о том, что в твоей жизни вообще когда-то был другой мужчина. Да и тот, другой, возможно, никогда не был тем самым! А этот станет настоящим, тот, кого ты на всю жизнь запомнишь. Он все сделает, чтобы твои глаза светились от счастья, глядя на него. Он будет поступать так, чтобы тебе с ним было хорошо, и ты никогда не разочаруешься в нем. Он не позволит кому-либо обидеть тебя и всегда защитит. Потому что ты его. Когда мужчина говорит: «Моя!» – это лучшее признание в любви!»
Вернувшись в дом, никто даже не обратил на меня внимание. Допроса не было по отношению ко мне. Эмма ничего не спросила, только приказала приступить к работе. Я тем более не стала сама ничего говорить.
Дни шли своей очередностью. Я не виделась с Гансом. Знала только, что он уехал, он сам об этом предупредил. Я скучала. Старалась не думать о том, что он с другими женщинами. Впервые у меня такое было. Ревность? Чувство собственности? Что это было?