Вечерний разговор с братьями тоже ничего не прояснил. Сорванцы клятвенно уверяли, что „…колдовать без спросу даже и не думали“. И Мелисса им почти даже поверила. Особенно после того, как Нильс сказал, что он, дескать, не дурак, колдовать без надобности, а потом головной болью мучаться. Видимо, все-таки пробовал. Как бы там ни было, если даже простое перенапряжение сил приносило усталость и головную боль, то королевский маг был прав. Доиграйся мальчишки до полного выгорания, Меллли бы это не упустила.
- Ну? И как там твоя невеста? – Поинтересовался Рихард у брата, поудобнее усаживаясь в кресле. – Хороша?
Гуннар, как раз вернувшийся с официальной верховой прогулки молча бросил в брата перчатками. Жест вышел хоть и весьма символический, но довольно беззлобный, учитывая, что перчатки были парадными, да и бросал их Гуннар не в полную силу.
- Это такой ответ или это официальный вызов? Спасибо, что хоть парадные, а не доспешные. – Ехидно продолжил Рихард, двумя пальцами демонстрируя перчатку и не спеша отдавать брату его вещи.
- Это кляп. – все так же беззлобно отмахнулся Гуннар, наполняя свой кубок. – Заведи себе невесту и зубоскаль в свое удовольствие. А в мои дела не суй нос, пока не попрошу.
- Ой-ей! – Возмутился Рихард, у которого сегодня было на удивление игривое настроение. – Только не говори, что ты с ней, как Эрик со своей малышкой, собираетесь месяцами птичками перекидываться.
- А что? – Гуннар оживился, ухватившись за идею, – очень удобно, и от слуг прятаться не надо. А то приходится красться по собственному дому, словно вору какому-нибудь. Того и гляди, гвардия остановит.
- Не остановит. – Вмешался в разговор кронпринц. - Гвардии отдан специальный приказ: Его Высочество Гуннара не останавливать, на вопросы о нем не отвечать и, вообще, не видеть. Разве что он сам с кем-нибудь заговорит.
- Спасибо! – искренне поблагодарил брата Гуннар. – Значит, у меня действительно есть шанс не таскать за собой хвостиком полдвора. Хватит с меня и официальных выходов!
Кронпринц Генрих только улыбнулся. Старший брат на правах просватанного жениха сегодня позволил себе пропустить утренний выезд. Гуннару же, который тоже требовал для себя таких привилегий, ответил, что его (Гуннара) невесту никто не видел. И пока помолвка официально не объявлена, нечего увиливать от своих королевских обязанностей: „Все привилегии – только после свадьбы“.
- Вот поэтому я и предпочитаю дамочек попроще. – Вздохнул принц Рихард, вставая с кресла и широким жестом возвращая брату перчатки. – И казне убытку поменьше, и по жизни с ними попроще… И свадьба – не обязательна. Вот и развлекайтесь со своими благородными дамами, а я пойду, попользуюсь „привилегиями“.
Рихард вышел, неожиданно сильно хлопнул дверью. Видимо, что-то в разговорах почти женатых братьев зацепило его достаточно. Генрих с Гуннаром только переглянулись, сочувственно кивая. Историю Рихарда и его любви они, конечно же, давно знали, сколько бы тот не пытался выставлять все в виде банальной интрижки. Но отблеск короны накладывал свои ограничения.
Эрику – самому младшему из братьев – охотно простили жену из мелкопоместных. Гуннару – второму наследнику – выбор ограничили высшей аристократией. Генрих – кронпринц – о самостоятельном выборе невесты мог только мечтать. Рихарду – третьему принцу – родители спокойно позволили бы выбрать хоть среди высшего дворянства, хоть даже среди нетитулованных. А жениться на дочери простого ювелира мог третий, или даже второй сын какого-нибудь барона, но никак не принц.
День официального представления снова начался для Мелиссы рано. Но на этот раз виноват был не Гуннар, и даже не братья, о которых девушка все так же продолжала волноваться. Незадолго до того, как часы на замковой башне пробили пять, Мелиссу разбудила буря.
Ветер выл за окном, навевая тоску. Закутавшись в шаль, Мелли подошла к окну и прижалась лбом к стеклу. Темнота за окном еще и не думала рассеиваться. И тем мрачнее выглядели темные силуэты деревьев, беспомощно сгибающиеся под напором ветра. Даже могучие дубы и буки стонали, когда особенно сильный порыв ломал раскидистые кроны. Отсюда, из комнаты Мелли не видела земли, но знала, что все внизу сейчас усеяно мелкими веточками, хвоей и прошлогодними листьями.
- Как неуютно начинается день… – Мелли поежилась, поплотнее запахивая шаль. Словно в ответ на ее слова, в дверь раздался стук.
Осторожно выглянув в коридор, Мелли заметила знакомого уже гвардейского офицера. Мужчина специально стал так, чтобы его можно было разглядеть в узкую щель приоткрывшейся двери.
- Вы за мальчиками? – Шепотом спросила Мелли, не желая привлекать внимание соседей, если таковые появились.
- За Вами. – Так же тихо ответил офицер. – Вас просят оказать честь, составив компанию за завтраком.
И на поднятую вопросительно бровь снова повторил уже известный трюк. Одними губами произнеся имя приглашающего.
