| The servant took every fresh batch of drawings that I mounted and restored back to his master with my "respects," and returned empty-handed with Mr. Fairlie's "kind compliments," "best thanks," and "sincere regrets" that the state of his health still obliged him to remain a solitary prisoner in his own room. | Слуга относил от меня своему барину новую охапку рисунков, реставрированных и окантованных мною, с моими "глубокими уважениями", и возвращался с пустыми руками, принося от мистера Фэрли "искренние приветы", "тысячу извинений и тысячу благодарностей" вместе с неизменным сожалением, что по состоянию здоровья мистер Фэрли по-прежнему должен оставаться одиноким узником в своих покоях. |
| A more satisfactory arrangement to both sides could not possibly have been adopted. | Нельзя было придумать лучшей системы, наиболее приятно устраивавшей обе стороны. |
| It would be hard to say which of us, under the circumstances, felt the most grateful sense of obligation to Mr. Fairlie's accommodating nerves. | Трудно сказать, кто из нас при этом чувствовал больше благодарности к больным нервам мистера Фэрли. |
| I sat down at once to write the letter, expressing myself in it as civilly, as clearly, and as briefly as possible. | Я немедленно написал ему письмо в выражениях самых почтительных, ясных и кратких. |
| Mr. Fairlie did not hurry his reply. Nearly an hour elapsed before the answer was placed in my hands. | Спустя полчаса мне вручили ответ. |
| It was written with beautiful regularity and neatness of character, in violet-coloured ink, on note-paper as smooth as ivory and almost as thick as cardboard, and it addressed me in these terms- | Он был написан изысканно-правильным почерком, лиловыми чернилами на гладкой, как слоновая кость, и плотной, как картон, атласной бумаге. |
| "Mr. Fairlie's compliments to Mr. Hartright. | Ответ гласил: |
| Mr. Fairlie is more surprised and disappointed than he can say (in the present state of his health) by Mr. Hartright's application. | "От мистера Фэрли привет мистеру Хартрайту. Мистер Фэрли не может выразить (по состоянию своего здоровья), до какой степени он удивлен и огорчен просьбой мистера Хартрайта. |
| Mr. Fairlie is not a man of business, but he has consulted his steward, who is, and that person confirms Mr. Fairlie's opinion that Mr. Hartright's request to be allowed to break his engagement cannot be justified by any necessity whatever, excepting perhaps a case of life and death. | Мистер Фэрли не деловой человек, но он посоветовался со своим дворецким, и это лицо, будучи деловым человеком, поддерживает мнение мистера Фэрли, что ходатайство мистера Хартрайта о разрешении нарушить договор не может быть оправдано решительно ничем, разве только вопросом жизни или смерти. |
| If the highly-appreciative feeling towards Art and its professors, which it is the consolation and happiness of Mr. Fairlie's suffering existence to cultivate, could be easily shaken, Mr. Hartright's present proceeding would have shaken it. | Если бы высокое чувство преклонения перед искусством и его служителями, составляющее единственное утешение и отраду мучительного существования мистера Фэрли, могло быть поколеблено, то нынешние действия мистера Хартрайта поколебали бы его. |
| It has not done so-except in the instance of Mr. Hartright himself. | Этого не произошло. Чувства эти остались незыблемыми - они изменились только в отношении самого мистера Хартрайта. |
