| I went on to the avenue of trees, where we had breathed together the warm fragrance of August evenings, where we had admired together the myriad combinations of shade and sunlight that dappled the ground at our feet. | Я прошел по аллее, где мы вместе вдыхали теплое благоухание августовских вечеров, где мы вместе любовались мириадами комбинаций света и тени у наших ног. |
| The leaves fell about me from the groaning branches, and the earthy decay in the atmosphere chilled me to the bones. | Со стонущих веток вокруг меня осыпались листья, и запах осенней гнили преследовал меня. |
| A little farther on, and I was out of the grounds, and following the lane that wound gently upward to the nearest hills. | Я был уже за садом и шел по тропинке, подымавшейся на ближайший холм. |
| The old felled tree by the wayside, on which we had sat to rest, was sodden with rain, and the tuft of ferns and grasses which I had drawn for her, nestling under the rough stone wall in front of us, had turned to a pool of water, stagnating round an island of draggled weeds. | Лежавшее поодаль старое дерево, на котором мы часто отдыхали, было пропитано сыростью; места, где под обломками камня гнездились папоротники, которые я, бывало, рисовал для нее, превратились в лужи стоячей воды, стынущей вокруг островков из мокрой сорной травы. |
| I gained the summit of the hill, and looked at the view which we had so often admired in the happier time. | Я взошел на вершину холма и поглядел на просторы, которыми мы любовались так часто в те счастливые дни. |
| It was cold and barren-it was no longer the view that I remembered. | Все было голо и серо, все выглядело совсем иным, чем было в моей памяти. |
| The sunshine of her presence was far from me-the charm of her voice no longer murmured in my ear. | Солнечные лучи ее присутствия уже не грели меня; очарованье ее голоса не пленяло моего слуха. |
| She had talked to me, on the spot from which I now looked down, of her father, who was her last surviving parent-had told me how fond of each other they had been, and how sadly she missed him still when she entered certain rooms in the house, and when she took up forgotten occupations and amusements with which he had been associated. | На том месте, откуда я сейчас глядел вниз, она рассказывала мне о своем отце, о том, как горячо они любили друг друга и как она до сих пор тосковала, когда входила в его комнаты или занималась чем-то, что напоминало ей о нем. |
| Was the view that I had seen, while listening to those words, the view that I saw now, standing on the hill-top by myself? | Разве вид, открывшийся с холма, где я стоял в полном одиночестве, был похож на тот, которым я любовался, слушая ее рассказы? |
| I turned and left it-I wound my way back again, over the moor, and round the sandhills, down to the beach. | Я отвернулся и спустился вниз, через равнину, через дюны, к берегу моря. |
| There was the white rage of the surf, and the multitudinous glory of the leaping waves-but where was the place on which she had once drawn idle figures with her parasol in the sand-the place where we had sat together, while she talked to me about myself and my home, while she asked me a woman's minutely observant questions about my mother and my sister, and innocently wondered whether I should ever leave my lonely chambers and have a wife and a house of my own? | Там, где однажды она задумчиво рисовала какие-то фигуры на песке кончиком своего зонтика, волны, бешено гонимые прибоем, нескончаемой чередой высоко вздымали свои белые пенистые гребни. Ветер и волны давно стерли ее следы на песке там, где, бывало, мы сидели рядом и она расспрашивала меня обо мне и моей семье, задавала мне подробные, чисто женские вопросы о матушке и сестре и простодушно гадала, покину ли я когда-нибудь свое одинокое жилье и буду ли иметь свою семью и угол. |
