Сколько вообще людей ходят по аэропорту вокруг тебя, возможно, переживая самые сложные моменты в жизни? А ты тем временем думаешь о прохладном, приторно-сладком коктейле на берегу теплого моря или о выступлении на каком-нибудь тренинге.
Вчера в терминале я наблюдала, как чужая жизнь идет своим чередом: один играл в телефоне, другой носил взад-вперед ребенка. И только мы впятером сидели молча, уставившись прямо пред собой. Впятером. Как непривычно больно звучит! Отныне мы будем впятером. А всего год назад мы вшестером летели в отпуск в Италию. Милан, озеро Комо, Флоренция, Неаполь, Амальфи, Позитано…
Семейный отпуск в прокурорских семьях – дело редкое, а потому очень дорогое сердцу. Сначала я пыталась планировать наш отдых, но, когда из года в год мужа в последний момент не отпускали, сгорали билеты или я уезжала только с детьми, стало очевидно, что для нас это нерабочая схема. Поэтому уже многие годы мы просто ждали «свистка» от Марата. Когда ему подписывали приказ на отпуск, мы собирались как на пожар и ехали туда, куда находились приемлемые по цене билеты для шести пассажиров. Да, дети повзрослели, обзавелись собственными друзьями, но не упускали возможность отдохнуть вместе со всей семьей. Кроме того раза…
Кажется, это было два года назад. Дина только-только устроилась на свою первую работу и не могла спустя неделю просить об отпуске. А Марату, как по закону подлости, подписали заявление именно на это время. Ничего другого не оставалось, кроме как отвезти кота Симбу к Дине в Алматы, а самим оттуда лететь на отдых.
Но не прошло и нескольких дней на берегу моря, как мужа срочно вызвали обратно. Выбора не было: приказы генерального прокурора не обсуждаются, потому Марат купил билет на ближайший рейс до Алматы, чтобы оттуда отправиться в Туркестан, и по пути в аэропорт заехал в какой-то торговый центр: хотел купить Дине подарок.
Марат вообще любил шопинг. Но не столько для себя, сколько для нас. Он мог часами ходить по магазинам, искренне любоваться мной и детьми у примерочных, горячо настаивать на покупке, приговаривая «Екеуін ал!»[145], «Жарасады»[146], «Күшті»[147]. И в тот раз он тоже нашел время, чтобы купить что-то своей маленькой работяге Дикусе.
В Алматы отец первым делом отправился к дочери. Оказавшись у нее, не прошел к заботливо накрытому столу, а открыл чемодан и вытащил оттуда белые кожаные кроссовки.
– Надевай, – радостно велел он, сам не разувшись с дороги, набрал по видеозвонку меня и счастливо вертел камерой, чтобы показать Дину в пижаме и в новых кроссовках.
У Марата было всего полдня перед поездкой в Туркестан, и он посвятил это время им двоим. Они позавтракали, покатались по Алматы, останавливаясь у ларьков с мороженым, и Дина присылала фотографии в наш чат «Семейка А», шутя, что она с отцом развернула спецоперацию по поиску «того самого мороженого с Абая», из-за которого в молодости папа опоздал на автобус, потому что застрял в очереди.
Следующий отпуск, словно чувствуя, насколько ценно единение семьи, мы провели все вместе. Дети выбрали Италию. И все оргвопросы взяли на себя.
Если раньше именно мы хотели их развлечь, впечатлить, то в тот год все незаметно поменялось. И вот уже они бронировали билеты и апартаменты, продумывали программу, желая нас развлечь. Многие удивлялись, что взрослые дети отправлялись в путешествие с родителями. Когда они были маленькими, мне каждый раз хотелось оставить их у одной из бабушек и поехать куда-нибудь, да хоть в ближайшую гостиницу или в соседний город, вдвоем с Маратом. Но он не соглашался. В свой редкий и короткий отпуск муж, обычно работавший с утра до ночи, хотел наверстать упущенное время с семьей. Это было нужно и детям… И я мечтала, что, когда они вырастут, мы, как европейские старички, поедем с Маратом в кругосветное путешествие. Но мы продолжали колесить по свету, словно цыганский табор. И если совсем честно, то я не учитывала, что, в отличие от европейских старичков, мы с мужем не знали английского или французского и без детей потерялись бы еще в аэропорту.
В ту поездку я освоила французское слово cognac. Благо оно звучит как «коньяк» и означает «коньяк». Все случилось в первый день, едва мы успели приехать в Милан. Дети арендовали квартиру прямо на главной площади и предложили, не теряя времени, начать знакомство с городом с Собора Рождества Девы Марии. Знаменитого собора из белого мрамора в стиле пламенеющей готики. Кроме вида, известного мне по фото в интернете, я ничего о нем не знала. Мы вышли все вместе на площадь, но, когда дошли до Дуомо, лицо Марата стало один в один с цветом собора – мраморно-белым. Ему стало не по себе то ли из-за долгого перелета, то ли из-за августовской духоты. Мы с ним остались на лавочке рядом со входом, а дети зашли внутрь. Пока мы дожидались их возвращения, а заодно и здорового вида у отца нашего семейства, я не спеша разглядывала шпили и скульптуры, остроконечные башенки и колонны, соединенные парящими опорами. Ошеломительная красота, сотворенная руками человека!