«О дети Адама, – взывала Рабия, – ваши глаза не дают увидеть путь к Истине, ваш язык не приблизит к Нему, слух – лишь прямая дорога к беде для говорящего, а ваши руки и ноги лишь повергают вас в замешательство. Истинное тружение – в сердце. Старайтесь обрести пробужденное сердце, ибо когда сердце пробуждено, у него не будет нужды в друге.
Иначе говоря, пробужденное сердце утрачивает себя в Боге. Что за нужда в друге у того, кто стёрт и затерян в Боге? Это и есть состояние исчезновения в Боге (
«Громогласно взывать о прощении – занятие для лицемеров, – утверждала Рабия. – Хоть мы и каемся, но нуждаемся еще и в ином покаянии – покаянии о нашем покаянии».
Рабия как-то заметила: «Если бы добродетель терпения была мужчиной, у него был бы щедрый нрав».
Рабию как-то спросили:
– Ты действительно видишь Того, кому поклоняешься?
– Я бы не поклонялась Ему, если бы не видела Его[30].
Другое высказывание Рабии: «Плод духовного познания – обращение лица своего к Богу Всемогущему».
Как-то Рабия заметила: «Духовно познавший – это тот, кто взыскует сердце от Бога. Однако когда оно даруется ему, он тотчас же вручает его обратно Богу, так что оно остаётся неприкосновенным в Его владении и сокрыто от человеческих посягательств в таинстве Божественного (
Суфьян Саури пробыл у Рабии целую ночь и так описывал это.
Я видел, как она подошла к
Салих Мурри имел обыкновение говорить: «Дверь откроется тому, кто стучит».
Услышав это однажды, Рабия заметила: «Доколе ты будешь повторять своё „дверь откроется“ – как будто она бывает закрыта?»
Салих был вынужден признаться: «Я хоть и мужчина, но невежественный глупец, она же хоть и слабая женщина, но исполнена мудрости».
После своей смерти Рабия явилась во сне одному человеку.
– Расскажи об ангелах смерти Мункаре и Накире, – попросил тот.
– Эти два благородных создания явились ко мне и спросили: «Кто твой Господь?» Я сказала, чтоб они возвращались и сказали Ему: «Среди многих тысяч людей Ты не забыл о старухе, так и я никогда не забывала Тебя. Ты – всё, что у меня есть в целом свете, как же Ты мог послать ко мне кого-то с вопросом „Кто твой Господь“?» (
В последние часы жизни Рабии наставники, ее современники, собрались у её смертного ложа. Она велела им: «Поднимитесь и пропустите пророков Божьих».
Поднявшись, они вышли из комнаты и притворили дверь.
Тогда послышался голос, возглашающий:
Более ничего не было слышно. Шейхи вновь вошли и увидели, что Рабия мертва.
Мухаммад ибн Аслам аль-Туси и Нама Тарсуси (милость Божья да пребудет с ними), известные тем, что напоили тридцать тысяч людей в пустыне, как-то посетили могилу Рабии. Они спросили: «О ты, которая самонадеянно говорила, что не склонишь чела ни перед кем в обоих мирах, что ты теперь скажешь?»
В ответ прозвучал голос: «Воистину, сколь сладостно то, что мне открылось!»
«Как-то я пришёл к Рабие, – рассказывает Хасан аль-Басри, – но она пребывала в молитве. Я преклонил колени рядом с ее молитвенной циновкой и долго смотрел на нее. В правый глаз ей попал шип, и капля крови скатилась по щеке на циновку. Когда она окончила молитву, я воскликнул: „До чего ты дошла? Шипы в глазу, молитвенный коврик в крови…“
Рабия ответила: „О Хасан, клянусь Славой Бога, который даровал последнему из сотворённых существ возвышенность ислама, что ничего не заметила. Сердце мое было настолько увлечено, что если бы все муки из рассказов о геенне поместили на иглы, а иглами окаймили мой правый глаз, то мой левый глаз ни разу не дернулся бы от боли – иначе я вырвала бы его из глазницы“».
Однажды Рабию навестил ангел смерти. Она спросила у него, кто он.
«Я тот, кто лишает удовольствий, похищает детей, делает жен вдовами», – ответил он.
Рабия спросила: «Отчего ты говоришь лишь о дурных качествах? Почему бы тебе не сказать: „Я тот, кто соединяет друга с Другом“».
Как-то Рабия сказала.
Неверность (
