Хафса как-то купила служанку. Хишам рассказывает, что он подумал, что служанка из синдхов[48]. Однако когда он спросил ее, что она думает о своей госпоже, та ответила по-персидски: «Помимо одного серьезного прегрешения, она весьма набожная женщина. Ее провинность в том, что она стенает и молится всю ночь напролет».
Абдул-Карим ибн Муавийя рассказывал, что Хафса имела обыкновение каждую ночь читать Коран и каждый день постилась, за исключением праздников
Хафса обычно надевала свое покрывало (
«В это время некий свет иногда освещал дом Хафсы, – передает Хишам. – В ночное время Хафса зажигала светильник и становилась на молитву. Иногда светильник гас, но дом по-прежнему оставался освещенным до рассвета».
Рассказывают, что когда Хабиба целиком отдавалась поклонению, она часто поднималась на кровлю и, одетая в шерстяное платье и чадру, взывала.
«Боже! Звезды воссияли, очи смежились сном, шахи замкнули свои врата, и лишь Твой портал отверст. Каждый друг уединился со своею милой, лишь я одна предстою перед ликом Твоим».
Когда светало, она молилась так.
«Ночь позади, и снова приходит день. О как страстно желаю я знать, прошла ли эта ночь подобающе в Твоих глазах, чтобы могла я возрадоваться и похвалить себя, или же Ты отверг мою привязанность, и мне следует утешать себя. Присягаю Твоим великолепием, что неизменна моя привязанность. Прошу Тебя, пока я жива, давай мне знать, достойна ли я Тебя или Ты порицаешь меня. Если Ты прогонишь меня, клянусь, что не оставлю Твоего порога, ибо сердце мое не вмещает иного, кроме Твоей милости и щедрот».
Халима происходила из рода Пророка. Она жила в Сирии и была наставницей Рабии Сирийской.
Рабия, жена Ахмада ибн Аби аль-Хавари, однажды навестила Халиму и рассказывала об этом так.
Когда я вошла, Халима читала из Корана. Она обратилась ко мне со словами:
– Рабия, я слышала, твой муж хочет взять вторую жену?
– Да, – подтвердила я.
– При всем его уме, как может он дозволять своему сердцу отвлекаться от Бога на двух жен? Ты слышала толкование коранического стиха «Кроме тех, кто придет к Аллаху с беспорочным сердцем»? (26:89)
– Нет, – призналась я.
– Его смысл в том, что следует отдать свое сердце Богу Возвышенному, и ничему более.
На меня так сильно подействовали слова Халимы, что когда я шла от нее, меня качало из стороны в сторону, словно в трансе. Прохожие могли подумать, что я пьяна, и это смущало меня.
Хакима принадлежала племени
Однажды, когда ее не было, дверь Каабы открылась. Когда она пришла, свидетели описали ей это так.
Хакима, Дом Бога сегодня открылся. Если бы ты видела, с каким рвением паломники совершали обход Дома, как их сердца истомились и были измучены страстным жажданием, и как они ожидали милости Божьей и прощения! Если бы ты только видела, как уничиженно они стенали, моля о прощении, ты бы возрадовалась.
Услышав это, Хакима пронзительно вскрикнула, словно сердце ее разрывалось на части.
Она непрерывно пребывала в возбужденном состоянии, взыскуя Того, кого утратила в отвлекающей суете. Она жила, связанная достижением своей цели, непрестанно желая созерцать Каабу, которая привлекала ее более, чем что-либо еще во всем мире, вплоть до самой своей смерти.
Как-то я услышал о почтенной женщине по имени Хасана, – рассказывает Мухаммад ибн Кудам, – которая оставила преходящие соблазны мира и полностью посвятила себя поклонению. Ночи свои она проводила в молитве, а днем постилась. В ее доме не было ничего, и когда ей хотелось пить, она отправлялась к ближайшему ручью и пила из пригоршни. Она была красива, и одна женщина подбивала ее на замужество.
