– Правильно. Но я не люблю свою жену, а ты будешь любить. Тебе нравится домашняя жизнь, я заметил. Ты наделен счастливой способностью ладить с женщиной, не равной тебе по уму. Большинство мужчин так устроены. А я не такой, наверное. – Цезарь похлопал Ватиния по плечу. – Поезжай скорее в Испанию и оставайся там хотя бы до следующей зимы. Повоюй, если получится. Косконий для этого не годится, поэтому он и берет легата. И по возможности разузнай ситуацию на северо-западе.
– Как скажешь, – согласился Ватиний, с трудом поднимаясь. – Ты прав, конечно, я снова должен жениться. Может быть, ты подыщешь для меня кого-нибудь?
– Разумеется.
От Помпея пришло письмо, написанное после прибытия к нему Метелла Непота.
Цезарь, с евреями у меня одни неприятности. Последний раз, когда я писал тебе, я планировал встретиться с двумя сыновьями старой царицы в Дамаске, что я и сделал прошлой весной. Гиркан мне понравился больше, чем Аристобул. Но я не хотел, чтобы они знали, кого из них я предпочитаю, прежде чем я встречусь с этим старым негодяем, царем набатеев Аретой. Поэтому я послал братьев обратно в Иудею, строго наказав хранить мир, пока они не услышат о моем решении. Я не хотел, чтобы проигравший брат интриговал за моей спиной, пока я двигаюсь к Петре.
Но Аристобул догадался, что я выбрал Гиркана, и решил готовиться к войне. Он не очень умный, но все же, полагаю, я недооценил его. Я отложил поход на Петру и направился в Иерусалим. Стал лагерем вокруг города, который хорошо укреплен и, естественно, отменно расположен для обороны: скалистые горы, изрезанные долины вокруг и тому подобное.
Как только Аристобул увидел грозную римскую армию, стоящую лагерем на холмах, он прибежал сообщить, что сдается. К тому же привел несколько ослов, нагруженных мешками с золотыми монетами. Очень мило с его стороны было предложить их мне, сказал я, но неужели он не понимает, что разрушил планы моей кампании и это обошлось Риму значительно дороже той суммы, что припрятана у него в мешках? Но я прощу евреев, если он согласится оплатить расходы на переход такого-то числа легионов в Иерусалим. Это будет значить, сказал я, что я не стану грабить город, чтобы самому достать необходимые деньги. Он был счастлив сделать все, что я скажу.
