– Не позволяйте ему этого, – наказала графиня.
– Вот о чем и хочу поговорить. Я собираюсь в Рим.
– И я! – воскликнула графиня. – Поедем вместе.
– С большим удовольствием. Когда буду писать о своем путешествии, обязательно упомяну вас в качестве компаньонки.
Графиня вскочила с кресла, подошла к дивану и присела рядом с гостьей.
– Ах, вы должны прислать мне номер! Моему мужу это не понравиться, но ему знать незачем. К тому же он не умеет читать.
Большие глаза Генриетты стали просто огромными.
– Не умеет читать?! Можно мне упомянуть это в письме?
– В письме?
– Для «Интервьюера». Это газета, для которой я пишу.
– О да, ежели хотите. И имя его втисните. Вы остановитесь у Изабеллы?
Генриетта подняла голову и недолго смотрела на хозяйку в молчании.
– Она меня не пригласила. Я написала ей, предупредив о своем приезде, и она ответила, что организует мне комнату в пансионе. Почему – не сказала.
Графиня посмотрела на нее с чрезвычайным интересом.
– Причина – Осмонд, – указала затем на очевидное.
– Изабелла не должна была уступать, – заметила мисс Стэкпол. – Боюсь, она сильно изменилась. А ведь я ее предупреждала!
– Прискорбно слышать, я надеялась, что она будет поступать по-своему. Отчего мой братец вас невзлюбил? – простодушно поинтересовалась графиня.
– Не знаю и знать не хочу. Не нравлюсь – так и на здоровье, у меня нет цели нравиться всем. Хороша бы я была! Если журналист рассчитывает делать свою работу хорошо, пусть будет готов разозлить прорву народу. Только так он и поймет, что работа спорится. Для леди в нашей профессии все то же самое. Хотя от Изабеллы я такого не ждала.
– Хотите сказать, она вас ненавидит? – спросила графиня.
– Не знаю, хочу проверить. Вот для чего я еду в Рим.
– Боже правый, какое утомительное занятие! – воскликнула графиня.
– Она пишет мне не так, как прежде, разницу легко заметить. Ежели вам что-то известно, – продолжала мисс Стэкпол, – мне бы хотелось услышать это заранее, дабы решить, какую линию поведения выбрать.
Графиня надула губы и томно пожала плечами.
– Мне мало что известно, от Осмонда вестей почти нет. Меня он любит не горячее, чем, похоже, вас.
– И все же вы не леди-корреспондент, – задумчиво проговорила Генриетта.
– О, у него полно других причин. Тем не менее меня пригласили, я буду жить у них! – И графиня улыбнулась мало не лучезарно, в своем восторге забыв ненадолго о разочаровании мисс Стэкпол.
Впрочем, леди-корреспондент восприняла все очень стойко.
– Даже если бы она меня пригласила, я бы не поехала к ней. То есть я так думаю и потому рада, что не пришлось решать. Выбор был бы очень трудный. Не хотелось бы отворачиваться от Изабеллы, но все же под ее кровом я не была бы счастлива. И в пансионе устроюсь. Однако это еще не все.
– В Риме сейчас особенно хорошо, – сказала графиня, – там собрались блестящие люди. Вы когда-нибудь слышали о лорде Уорбертоне?
– Слышала ли? Я очень хорошо его знаю. Вы считаете его блестящим? – спросила Генриетта.
– Я его не знаю, но слышала, что он чрезвычайно важная персона. Ухаживает за Изабеллой.
– Ухаживает за ней?
– Так говорят, подробностей не знаю, – небрежно ответила графиня. – Однако Изабелле ничего не грозит.
Генриетта неотрывно посмотрела на собеседницу; некоторое время она молчала.
– Когда вы отправляетесь в Рим? – неожиданно спросила она затем.
– Боюсь, не раньше, чем через неделю.
– Я выезжаю завтра, – сказала Генриетта. – Думаю, лучше мне не ждать.
– Боже правый, вот ведь жалость. Мне пока шьют платья. Говорят, у Изабеллы от гостей отбоя нет. Однако мы с вами увидимся, навещу вас в пансионе. – Генриетта сидела неподвижно, потерявшись в мыслях, а потом графиня вдруг как вскрикнет: – Ах, но если вы едете без меня, то не опишете нашей поездки!
Мисс Стэкпол этот вывод как будто не тронул; она думала о чем-то другом, и вот наконец высказала соображения:
– Похоже, я не поняла вас касательно лорда Уорбертона.
– Не поняли? Я лишь имела в виду, что он очень мил.
– По-вашему, мило увиваться за замужней женщиной? – ядовито отчеканила Генриетта.
Графиня уставилась на нее, а потом с бесстыдным смехом прибавила:
– Определенно, этим заняты все милые мужчины. Вот выйдете замуж, и увидите!
– Одна эта мысль остановит меня, – сказала мисс Стэкпол. – Мне хватало бы своего мужа, чужого не нужно. Думаете, Изабелла повинна… повинна в… – Она помолчала, подбирая нужные слова.
– Во грехе? О боже мой, нет, пока нет, надеюсь. Я лишь имею в виду, что Осмонд очень скучный, а лорд Уорбертон, судя по слухам, часто бывает у них в доме. Боюсь, вы возмущены.
– Нет, лишь встревожена, – сказала Генриетта.
– Ах, вы не очень-то благосклонны к Изабелле! Больше уверенности. Говорю вам, – быстро прибавила графиня, – ежели вам так будет удобнее, то я берусь увести лорда Уорбертона.
В ответ мисс Стэкпол взглянула на хозяйку еще мрачнее.
– Вы не поняли, – сказала она потом. – У меня на уме не то, что вы предполагаете. Я боюсь за Изабеллу не в том смысле. Я лишь опасаюсь, что она несчастна, вот и все. Мне нужно это выяснить.
Графиня долго качала головой; вид у нее был раздраженный и ехидный.
