Жестокие духи полностью

– Почему? – не понял Джихун. – Ты же сам сказал, что у нас всего несколько дней. Почему не поехать сегодня?

– Мне нужно сначала подготовиться, – неопределенно откликнулся Чуну. – И раз уж я взялся, то значит, вы должны мне довериться. Никаких сомнений в том, что я делаю.

– По рукам, – согласилась Сомин.

– Я еду с тобой, – заявила Миён.

– Ты уверена, что готова? – засомневалась Сомин.

– Конечно, – проговорила Миён, но ее голос потерял былую силу и уверенность.

– Без тебя я разберусь со всем быстрее, – попытался отказаться Чуну.

– От этого зависит моя жизнь, – отрезала Миён. – Я должна сделать хоть что-то.

Вместо ответа Чуну толкнул ее в плечо. Миён покачнулась назад и плюхнулась на диван.

– Ты слишком слаба. А мой панмани очень далеко, – проговорил Чуну. – Тебе придется довериться мне, нравится тебе это или нет.

– Ладно, у меня разболелась голова. Пойду прилягу. – Миён знала, что говорит как капризный ребенок, но ей не очень-то хотелось обсуждать, насколько она сейчас слабая и бесполезная.

Поэтому она вбежала в спальню и закрыла за собой дверь.

Она злилась на себя за слабость и устала надеяться, что другие люди решат ее проблемы. Прямо как ее мать. Она всегда видела в себе свою мать.

– Миён, – в комнату проскользнул Чуну.

– Обычно, когда у тебя перед носом закрывают дверь, люди хотят, чтобы ты остался по другую сторону, – съязвила Миён.

– Сама знаешь, я никогда не понимал намеков, – улыбнулся Чуну.

– Да знаю, – пробормотала она.

Чуну стоял у двери, не двигаясь, боясь пройти дальше в комнату, но и не уходя. Казалось, он о чем-то размышлял, поэтому Миён наконец закатила глаза и спросила:

– Ну что?

– Ты должна кое-что знать, – наконец начал он.

Миён гадала, что за игру затеял Чуну. Ей не верилось, что он решил ей помочь и отправиться на поиски своего панмани: наверняка он что-то знает и потом воспользуется этой информацией, чтобы надавить на нее. Миён задавалась вопросом, какую цену он потребует за то, что собирался сказать.

– Есть причина, по которой я знаю о разрыве, – признался Чуну.

– Да-да, один из твоих таинственных конфиденциальных источников, – отмахнулась Миён. – Помню я о твоей политике конфиденциальности.

– Да, только на этот раз она неприменима, – возразил Чуну. – Я пообещал помочь тебе и думаю, что ты заслуживаешь кое-что знать, тем более что это неслабо влияет на твою жизнь. Или по крайней мере на ее длительность.

– Что ты имеешь в виду? – Миён почувствовала, как в груди у нее все затрепетало в тревожном ожидании.

– О разрыве мне рассказал чосын саджа. Потому что этот разрыв влияет на порядок смерти.

– Жнец? – прошептала Миён и почувствовала такую слабость в коленях, что ей пришлось сесть на кровать. – Он придет за мной?

– Жнец? – воскликнул Джихун с порога.

– Неужели никто в этом доме не уважает право на частную жизнь? – пожаловалась Миён.

– Я бы уважал, если бы не знал вас двоих и вашу привычку хранить опасные секреты, – заспорил Джихун.

– Где Сомин? – спросил Чуну.

– Ее мать только что вернулась домой. Сомин помогает ей разобрать продукты.

– Так давайте и их сюда позовем? Раз уж у нас вечеринка, – съязвила Миён.

– Расскажи мне о жнеце, – повернулся Джихун к Чуну.

– Нечего особо рассказывать. Он пришел из-за разрыва между мирами. Но мы все исправим до того, как у них появится повод забрать Миён.

– Вот почему ты сказал, что у нас мало времени, – понял Джихун.

– Времени мало, но мы все исправим, – сказал Чуну. – Я не даю обещаний, которые не могу сдержать.

– Тогда я поеду с тобой на поиски посоха, – решил Джихун.

– Что? Нет! – Миён снова встала.

– Пожалуйста, дай мне это сделать. – Джихун взял ее за руку. – После всего, что ты сделала для меня прошлой весной.

– Наши отношения – это не соревнования «кто кого спасет», – нахмурилась Миён. – Ты мне ничего не должен.

– Но я хочу это сделать, – настаивал Джихун. – В этом мире еще есть люди, которые любят тебя.

– Только не надо использовать этот аргумент против меня же, – недовольно сказала Миён.

– Что? Чтобы я использовал что-то против тебя? – Джихун усмехнулся. – Что-то не припомню за собой такого. Я слишком очарователен и добродушен для столь подлых игр.

– Я не шучу, – заметила Миён.

– Конечно, не шутишь, речь идет о твоей жизни. Я отношусь к ней очень серьезно.

– И я серьезно говорю тебе, что ты не пойдешь. Я не прощу тебя, если ты это сделаешь. – Своим жестким ответом Миён явно пыталась поставить точку в споре.

– Но…

– Брось ты это. – Чуну положил руку на плечо Джихуна. – Этот бой тебе не выиграть.

Джихун стряхнул его ладонь, но спорить больше не пытался.

– Я уеду утром, – сказал Чуну. – Отдыхай, Миён, и не волнуйся.

Миён посмотрела на него, и если бы она не знала Чуну, то сказала бы, что увидела искреннюю озабоченность на его красивом лице.

– Я перестану волноваться, когда мы найдем мою бусинку.

Обычно, когда Чуну отправлялся в путешествие, он просто заказывал билеты бизнес-класса на тот вид транспорта, который ему хотелось. Может быть, бронировал пятизвездочный отель. Если было время, заказывал столик в хорошем ресторане.