Жестокие духи полностью

– Подожди, какой еще чосын саджа? – резко переспросил Чуну.

– Не знаю. Просто какой-то мальчик, появился словно из ниоткуда. Он сказал, что тебе нужно поторопиться.

Чуну и Миён обменялись многозначительными взглядами.

– Что такое? – удивилась Сомин.

– Значит, жнецы действительно здесь, – сказала Миён.

– Я же говорил, – кивнул Чуну.

– Ты знал? – не поверила Сомин. – Вы оба знали, что жнецы здесь?

Она повернулась к Джихуну. Тот тоже не выглядел удивленным.

– Вы все знали? – воскликнула она, и сердце у нее сжалась от знакомого ощущения, что она лишняя. В последнее время это случалось так часто.

– Это не важно, – отрезала Миён. – Что еще случилось? Ты сказала, ты видела что-то?

Сомин хотела потребовать ответов. Она чувствовала себя ребенком, которого выгнали из секретного кружка. Но она понимала, что ее чувства сейчас не главное.

– Я только что видела, как на дорогу выбежал мужчина и его сбила машина. Я видела его вчера, и он был напуган, но не настолько, чтобы бросаться под колеса такси. Все становится хуже. Как Чуну и говорил. Мы должны что-то сделать.

– Да, мы знаем, – пробормотал Чуну. – И мы сделаем. Я просто… мне нужно подумать.

– Подумать? Нам нужно составить план. Где еще может быть твой панмани? – воскликнула Сомин немного выше и громче, чем обычно, но, опять же, у нее было оправдание – она только что стала свидетельницей ужасного случая.

– Мне нужна минутка. – Чуну повернулся и удалился в свою комнату, закрыв дверь, несмотря на протесты Сомин.

Она повернулась к Джихуну:

– Что там произошло?

– Мы добрались до пещеры, и там была какая-то ваза. – Джихун пожал плечами и направился на кухню.

Миён и Сомин непонимающе переглянулись. Джихун никогда не упускал возможности поделиться хорошей историей. Они последовали за ним и обнаружили, что Джихун, застыв, пялился на холодильник, как будто не знал, что с ним делать.

– Что ты сказала? – спросил он.

– Я ничего не говорила, – ответила Сомин.

– А… – нахмурился Джихун.

– Ты хотел воды? – Сомин шагнула вперед и открыла холодильник.

Джихун моргнул, его глаза прояснились и сфокусировались на ней.

– О да, было бы здорово.

– Расскажи нам, что еще произошло. – Сомин поставила перед ним чашку.

– Ну, он сказал, что в пещере опасно, потому что… – взгляд Джихуна скользнул к Миён, – потому что он помог поймать в ту вазу кумихо. Для этого он использовал панмани. Вот почему он был убежден, что посох там. Но это оказалось не так.

– Зачем ему это делать? – прошептала Миён. – Зачем ему ловить кумихо?

– Думаю, тебе лучше спросить об этом у него самого. – Джихун опустил голову на руки. – Есть какой-нибудь аспирин? У меня раскалывается голова.

– Конечно, – откликнулась Миён. – У Чуну наверняка найдется в аптечке. – Она ушла в ванную.

– Что еще он рассказывал? – допытывалась Сомин. – Где может быть его посох? Что вы еще делали?

– Не знаю я. Мы почти не разговаривали. Может, тебе лучше снова пойти к Чуну за моей спиной и спросить его, что я делал?

– Что? – Сомин обиженно выпрямила спину. – С чего ты взял, что я так сделаю?

Джихун жестоко усмехнулся.

– Да ладно, Чуну мне все рассказал. Ты считаешь, что я не способен позаботиться о себе. Ты правда думаешь, что я настолько беспомощный?

«Чуну, змея эдакая», – подумала Сомин. Не стоило доверять ему. Но она не ожидала увидеть и ярость в глазах Джихуна.

– Нет, конечно, я так о тебе не думаю, – оправдывалась Сомин. – Я просто волновалась.

Снова уронив голову на руки, Джихун грубо потер лицо.

– Извини. Не следовало так говорить. Я просто… У меня очень сильно болит голова.

– Вот, – вернулась с аспирином Миён. – Выпей и приляг.

– Ага, ладно, – пробормотал Джихун, сунув ей обратно таблетки. – Может быть, так и сделаю.

– А я пойду немного поболтаю с Чуну, – сказала Сомин. Ей было что сказать токкэби насчет случившегося.

Чуну натянул свежую рубашку, бросив старую в корзину для белья. На самом деле он подумывал сжечь ее – столько пота в ней скопилось за день… Но это была дизайнерская вещица, так что она отправилась в корзину.

Услышав резкий стук в дверь, он чуть не застонал. Прежде чем он успел ответить, в комнату ворвалась Сомин.

– Послушай, я не…

– Нет, это ты послушай! Не могу поверить, что ты рассказал Джихуну о нашем разговоре. А как же вся твоя ерунда про «мой бизнес держится на конфиденциальности»?

– Больше я Ан Джихуну ничего не расскажу, – пробормотал Чуну.

У него было такое чувство, будто его предали. Он-то думал, что Джихуну можно доверить секрет. В конце концов, тайны Миён он всегда ревностно охранял. Но, видимо, Чуну в его глазах не был достоин подобного отношения. И это задевало.

– Не злись на Джихуна, – бросила Сомин. – Это ты нарушил данное мне слово.

– Я вернул его целым и невредимым, – напомнил Чуну. – Я сдержал обещание. Понятия не имею, чего еще ты от меня хочешь. После последних суток я не в настроении выяснять отношения.

– Так вот почему ты сбежал! Ты прячешься?

– Я не прячусь, – заявил Чуну. – Не совсем так. Я просто… я не знаю, что сказать Миён.