Отстояв обычную в таких случаях очередь, я вошел в экзаменационную аудиторию, получил билет и начал готовится, с головой погрузившись в мир химических формул, задач и заданий. На первый взгляд жребий мой не выглядел слишком суровым: вопросы билета в ходе подготовки к экзамену я так или иначе "проходил" и посему — многое помнил. А когда понял, что еще и задачу, похоже, решил (а задача — один из ключевых и необходимых элементов успешного экзамена!), то вообще успокоился, почти утвердившись в успехе дела…
Но, как известно, человек предполагает, а Бог располагает: первый тревожный "звоночек" прозвучал минут тридцать-сорок спустя, когда сердце невольно замерло от громкого, не терпящего возражений, женского голоса:
— Углицких! Товарищи, а кто у нас тут Углицких? А это вы? Вот и хорошо! Как будете готовы, сразу же сюда ко мне выходим!
Меня, словно кипятком ошпарили! Еще бы — иду к К.! Оказывается, все то время, пока я готовился ответу, мой экзаменационный лист уже преспокойненько лежал на столе перед знаменитой химичкой-доцентшей и терпеливо дожидался лишь моего личного появления…
…Что ж, если вызывают, а избежать этого невозможно — надо идти! Некоторое время спустя, честно собрал пожитки-бумажки (и себя, заодно) и, как в омут головой — шасть! — двинулся к экзаменационному столу, сел подле К., разложился с листочками, приготовился к ответу. Но, как выяснилось, подняла меня К. из берлоги моей рановато — поспешила, неугомонная, не завершив разборки с моей незадачливой предшественницей.
Стара история как мир: К. ставила "неуд" абитуриентке. Неудачницу, естественно, эта перспектива не устраивала и она активно сопротивлялась неизбежному, наотрез отказываясь покидать аудиторию:
— Пожалуйста, поставьте "удовлетворительно". Я же ответила на два вопроса из трех…
— "Тройка" не спасет. С "тройкой" вы все равно не пройдете…
— Я сдам остальные предметы на "пятерки" и пройду. Поставьте "удовлетворительно", пожалуйста!
— Даже если сдадите все остальные предметы на "шестерки", все равно не пройдете! Так что, давайте, не будем задерживать остальных!
Словом, как несчастная ни пыталась, ей так и не удалось растопить лед непреклонного сердца К..
Не знаю, так ли это было на самом деле, но когда дверь за моей предшественницей закрылась, показалось мне, что К. тяжело вздохнула. Сердце мое тут же взыграло, отреагировало на событие это стремительным возрастанием надежды на благополучный исход моего дела: стало быть, даже им, самым твердокаменным и безжалостным, экзаменаторам, тоже приходится не слишком сладко!? Выходило, что даже эти "железные монстры", вершители судеб людских, судьи строгие и беспощадные, даже они способны со-чувствовать, со-переживать и со-страдать!?
Впрочем, тут же выяснилось, что радоваться рано: едва придя в себя, экзаменаторша тут же и столь же напористо, энергично принялась за меня:
— Ну что у вас, молодой человек? Готовы? Нет, нет, не надо пока отвечать по билету! Не спешите, я сказала! Первое — задача! Где решение? Покажите! Если нет — тогда и говорить не о чем… Так… так… нет, посмотрите-ка, кажется, правильно… Пермяк?… А в школе какой учились?… Номер, номер назовите!.. А где — это?… Понятно… Да, все, похоже, правильно… Что ж, теперь переходим к ответам на вопросы билета…
Не успел я, однако, как следует и рта, что называется, приоткрыть, как дверь в аудиторию приоткрылась и на пороге вновь возникла та самая абитуриентка-неудачница. Она вернулась, чтобы вручить К. "свой" экзаменационный лист, сообщив при этом:
— Это — не мой! Это какого-то "Углицких"!
Встревоженная К. пробежала глазами документ, потом еще раз и погрузилась в тяжелое молчание. Лицо ее словно бы "осело", вены на лбу и шее вздулись, обозначившись еще резче. Экзаменатор соображала, видно, что делать дальше, как выйти из положения…
Смешался, скомкавшись, сбившись на полуслове, и я… Еще бы, ведь теперь даже самый поверхностный анализ ситуации свидетельствовал если не о полном крахе всех моих надежд, то уж во всяком случае — о крайней шаткости моего и без того более чем скромного положения… Батюшки-святы, нет, это же надо было вот так вот вляпаться! Нет, повезло так повезло — мало никому не покажется: оказывается "двойку", поставленную этой самой абитуриентке, К. умудрилась вписать не куда-нибудь, а именно в мой экзаменационный лист! По ошибке ли, по невнимательности ли, из-за жары ли, обрушившейся на мой город в том раннем августе, из-за того ли, что все экзаменационные листы на свете похожи один на другой, как похожи друг на друга все однояйцевые близнецы — не знаю по какой из этих причин, конкретно, но — ВНЕСЛА! Попутала экзаменационные листы! То есть, выходило, что я, еще не начиная ответа, уже имел за него официально оформленную в моем экзаменационном листе неудовлетворительную оценку!
Чем-то всё это закончится, что-то теперь предпримет, не ведающая жалости и сострадания, К.? Как поведет себя, какую изберет тактику?
