Жила-была переводчица полностью

Конечно, Вы будете читать то, что лично Вам захочется. Но очень хорошо было бы, если бы у Вас нашлось также что-нибудь новенькое, в смысле еще не читанного.

Кстати, передал ли Вам Сахаров 5 билетов? Если бы Вы пожелали и смогли предложить кому-нибудь несколько билетов (без обременения себя), это было бы очень хорошо[719]. Послали бы, хотя боюсь беспокоить. Посылаю Вам письмо Леви. Какой очаровательный он! Это лучший в Париже читатель «Белой Невесты», облеченной во Французский наряд.

В «Mercure de France» я был уже давно на вторнике M-me Rachilde. Много говорил с Валлетом[720]. «Лики Женщины» обещали напечатать.

Сегодня был в «Le Monde Nouveau», требовал вернуть мне стихи, секретарь пришел в волнение, сказал, что будет говорить с редактором и что их легко скоро напечатать. Должен написать мне дня через 2–3.

Собираюсь подобный, не образцово-любезный, а иронический, визит сделать к Аркосу.

Как Вы? Приветы.

Ваш

К. Бальмонт.

P. S. Орлов и Любошиц, кажется, будут играть «Крейцерову Сонату»[721].

Дорогая Люси.

Очень жаль, что ни я, ни Елена не сможем сегодня попасть на Ваш интересный вечер[722]. Сбились с ног.

Вам, верно, Сахаров уже передал, что мы Вас поставили в программе в 1-м отделении на 3-ем месте – до Вас я открываю вечер маленьким стихотворением, а затем Лея Любошиц играет на скрипке. Спасибо и за предложение выступить во 2-м отделении.

Ваш выбор из Гольштейн-Гиля и Шюзевиля очень мне нравится[723]. И выбор Ваш из меня в Вашей передаче мне очень нравится тоже, но боюсь, что этого всего будет много. Мне бы хотелось услышать Rivale d’Is непременно, и 2–3 маленькие стихотворения, которые Вам продиктует вдохновение минуты.

За «Васеньку» мне на днях прислали 50 франков. Цифра не американская и даже не русская. Это нам обоим или мне одному? Я посылаю Вам письмо из «Нового мира».

Шлем приветствия Марселю и всего лучшего Вам.

До скорой встречи.

Ваш

К. Бальмонт.

Милая Люси,

И мне и Елене очень жаль, что мы так и не смогли к Вам приехать в Клямар проститься и еще раз поблагодарить Вас за такое светлое и приветливое участие в моем вечере. Последние дни мы были от хлопот прямо в некоем безумии, и если бы не добрая дружба Сахарова, который в последние два-три дня помог уложиться и перевязал все багажи, верно, мы бы еще и сейчас бессильно барахтались среди тысячи предметов нужной и ненужной обстановки.

Здесь блаженство, тишина, уединение, и прямо передо мною через окно Океан. Храмина наша довольно плоховата, но сухая и светлая, а соседство с Океаном – богатство, вряд ли с чем сравнимое.

Посылаю Вам приглашение из «Люкса». Это, верно, какой-то глянцевитый вздор. Но по-моему нужно там быть[724]. Я написал редактору, что весьма сочувствую его приглашению, готов дать ему рассказ и несколько стихотворений, но что моя переводчица – M-me Л. Савицкая живет там-то, и что я прошу его непосредственно написать Вам письмо. Надеюсь, так?

Получили ли Вы пачку писем? Я послал их не без суеверного страха и печали: такие дары часто опасны[725].

Приветы Марселю.

Ваш

К. Бальмонт.

Дорогая Люси, Вы должны получить от Анны Николаевны, дня через два, мой очерк «Покидая Париж». Если Вы найдете его подходящим для «Figaro», буду весьма счастлив.

Спасибо за Ваш перевод романа Джойса[727]. Буду читать его вслух Елене и Миррочке.

Надпись – «за» – конечно, дружеская ирония надо мной?[728]

Только что перечитывал Ваш отличный очерк «C. Balmont et la Poésie Russe» перед тем, как дать прочесть его одной даме из Dordogne[729]. О, я вздыхал, читая его!

Приветы.

Ваш

К. Бальмонт.

Дорогая Люси,

Мы были совсем растерзаны последние недели в Париже, потому было невозможно побывать у Вас. Мы все очень жалеем, что не видали еще раз Вас и милого Вашего Марселя, самого ласкового и приветливого из всех Французов.

Письма Ваши, запечатанные, были переданы мною Сахарову. Я их отдаю Вам – как нашел. На одном конверте я усмотрел мою карандашную Английскую надпись, – очевидно, какой-то и с кем-то когда-то разговор. Прошу извинения у Вас, что когда-то воспользовался так конвертом. Очевидно, письмо было в кармане во время «блуждания».

Посылаю Вам письмо Шклявера. Я радуюсь очень. Послал ему «Нео-Филологические Записки»[730]. Очень прошу Вас, пошлите ему Ваши статьи и заметки обо мне. Они очень хороши. Мне хочется, чтобы он Вас цитировал.

Посылаю Вам также № «Дней» со статьей моей о Тютчеве, и № «Сегодня» со статьей о Спире[731].

Мы у самого Моря. Дела неважны и скудость изрядная. Но не теряю надежд и мы веселые, довольно.

Но мне очень грустно, Люси, что мы далеко друг от друга. Я Вас очень люблю.

Ваш

К. Бальмонт.