Жила-была переводчица полностью

Люси, Вы, верно, забыли, что ровно 21 год тому назад, сравнивая мои карточки и определяя мое лицо[627], Вы дали такую блистательную формулу, которой лучше Вы не сможете дать теперь, хотя бы пишете блестяще. Я сейчас прямо вздрогнул от восторга.

Ах, в амбарах прошлого, в его рудниках, у нас много золотого зерна и драгоценных камней.

Елена просит передать, что часики – Миррочкины, и что она очень соскучилась о Вас. Если бы Вы приехали завтра вечером – или когда Вам возможно!

До свиданья. Не сердитесь на меня. Ваш «младший брат»[628] не виноват перед Вами.

Ваш

К. Бальмонт.

P. S. «Les Coursiers des Orages» и «Camée»[629] – как будто из тех дней.

Люси, я послал L. Laloy 4 сонета о Китае и «В моем саду»[630]. Посылаю R. Rolland «Заговор о Конях» и «Из подземелья»[631]. Прилагаемые 4 пожалуйста пошлите Орлиаку[632], – и может быть Вы захотели бы прибавить к ним одну из Ваших художественных формул?

У меня остаются «Древней», «Толедо», и «Ирландская девушка»[633]. Мне пришло в голову: Yeats перевел с Ирландского Английской прозой народную песню; я, восхитившись ей, передал ее Русским стихом. Могу ли я печатать ее по-Французски (вне лекции, где она на месте, как иллюстрация), или я могу подвергнуться упреку в плагиате?[634]

Сейчас ночь, а в душе моей три ночи. Одна вошла в другую, прикрылась третьей. Это очень темно.

Ваш

К. Бальмонт.

Милая Люси, мы уже сто лет не смотрели друг другу в глаза. Когда свидимся?

На вечере Спира[635], – (о чем весьма сожалеем), быть никак не могли: У Елены был флюс, еще длящийся, а у меня вечер открытия Камерного Театра[636]. В среду и я был простужен. Вчера, по случаю отъезда Гребенщикова в Прованс, – (где он будет копать землю и сажать картофель), – у него был вечер[637]. Видел там Жалю, с ним весь вечер проговорил, и он сообщил мне, что Вы были больны. В эту субботу или, если нельзя будет, через субботу Жалю будет у меня.

Кстати, «Васенька» идет в одной из ближайших книг «Revue européenne»[638]. Книга «Воздушный Путь» вышла, и я на днях получу экземпляры[639].

На днях я писал столь умилительно, сколько умел, Romain Rolland, и Robert de Traz, и Edmond Jaloux. Судя по последнему, вижу, что хорошие чувства, выраженные и плохим французским эпистолярным стилем, достигают сердец[640].

Жаждем видеть Вас в субботу. Если это немыслимо, приедем к Вам в воскресенье часа в 3 дня. Если и это для Вас немыслимо, со вздохом будем думать о будущей неделе.

Елена и все приветствуют.

Ваш

К. Бальмонт.

Cher Ami,

Voilà la lettre de R. de Traz que je ne vous ai pas immédiatement envoyée ne voulant pas troubler Lucie et ne pouvant pas, pendant plusieurs jours, maîtriser ma colère. Si Lucie peut lire ma réponse et si elle l’approuve, je la prie de corriger mon style épistolaire, – s’il le faut, – et j’enverrai cette lettre.

Sinon,……?

Pauvre chère malade! Mais les souffrances doivent être cruelles!

J’espère que l’amélioration de la santé ne va pas tarder.

Myrrha vient dans ma chambre et dit: –

«J’embrasse bien fort Lud, – si elle me permet cette audace, – je lui envoie mes meilleurs vœux et j’espère la voir bientôt rétablie».

Votre C. Balmont.

<1923. 16 марта. Дорогой друг, прилагаю письмо Р. де Траза, которое я не сразу вам отправил, не желая беспокоить Люси и будучи не в состоянии, в течение нескольких дней, унять свой гнев[642]. Если Люси можeт прочитать мой ответ и одобряет его, я прошу ее исправить мой эпистолярный стиль, – при необходимости, – перед тем как я отправлю это письмо. А если нет,……? Бедная наша больная! Как она должно быть страдает! Надеюсь, она не замедлит пойти на поправку. Мирра зашла ко мне в комнату и сказала: «Я крепко целую Люд[643], – если она мне позволит подобные вольности, – я шлю ей свои наилучшие пожелания и надеюсь, что она вскоре выздоровеет». Ваш К. Бальмонт>

Милая Люси, как Ваше здоровье? Поправляетесь ли Вы? Дошли ли до Вас мой «Воздушный Путь»[644] и очерк о Блоке[645]?

Письмо мерзкому де Трасу я отправил тогда же, как Марсель мне его вернул. В тот же день я получил письмо от Р. Аркоса[646], которое прилагаю. Я ему немедленно отправил «Rivale d’Is» и «Annonciation»[647], а де Трасу послал дополнительное сведение, что я этими двумя вещами распорядился, остальные же он может напечатать, если желает, или пусть вернет мне, чем доставит мне удовольствие. Ответа еще не получил ни от того, ни от другого.

Вчера был у Ренэ Гилля и читал там, опять, «Тоску Степей»[648] по-Русски и «Les Scythes» в Вашем переводе.

Дни проходят трудно и бесцветно[649].

Мы все соскучились о Вас. Поправляйтесь.

Привет Марселю.

Ваш

К. Бальмонт.

Дорогая Люси, вчера, отправив Вам письмо, я получил ответ от Ренэ Аркоса. Посылаю его Вам.