На первой же остановке, когда солнце коснулось горизонта, попросил Игуна рассказать, как нужно готовиться к рейду в пробудившуюся степь. Мы на быструю руку собрались перекусить, а заодно и о делах переговорить.
– Все забываю, что ты у нас не местный, – улыбнулся он. – Тот амулет, что отец передал для Алгая, требует подзарядки через каждые три часа и считается одним из лучших для неодаренных. Время зарядки – чуть меньше трех часов, независимо от силы мага.
– Допустим, – кивнул я, пытаясь уловить суть.
– О пробуждении степи обычно становится известно незадолго перед рассветом.
– Каким образом? – не удержался от вопроса.
– Скоро сам все увидишь, – отмахнулся капрал. – А теперь представь, какое преимущество будет у тех, кто знает точное время.
– Три часа?
– Больше, – покачал головой Игун. – Перед рейдом нужно сначала заявку в канцелярии подписать, а та начинает работу где-то через пару часов после восхода, не раньше. Да еще и очереди, толкучка. В итоге, первые охотники за сокровищами сумеют выехать из Ибериума примерно часов через пять. К тому времени наш полковой маг уже определит, где наиболее перспективные участки и направит туда наших рейдеров. Опять же, во второй половине дня провалившиеся в степь чудовища придут в себя, а еще начнут открываться порталы с острова дрегов. Добывать рунит станет гораздо сложнее.
«Надо же, а пословица: «кто рано встает, тому и Бог подает» здесь тоже неплохо работает!»
– Погоди, так мне, наверное, стоит зарядить амулет для Алгая?
– Чуть позже. Дело в том, что он разряжается за три часа, независимо от того, пользуются им или нет.
– А как же Ленкур?
– Он одаренный, – сообщил Игун. – Для нас отец тоже передал амулеты, но они одноразовые. Заряда хватает на четыре часа, потом медальон рассыпается, нужно заряжать новый.
– У дрегов такая же защита?
– Нет, у них артефакты гораздо лучше. Каждый стоит больше пятидесяти золотом, и все равно купить его можно лишь в столице.
– Надеюсь, он хотя бы не одноразовый за такую цену?
– Конечно. И заряда хватает на полдня.
– Так, – то ли Игун плохо объяснял, то ли я соображал медленно, но с амулетами для одаренных мне требовались уточнения. – А одноразовые тоже нужно заряжать прямо перед использованием?
– Конечно, – подтвердил капрал. – В том и беда, что они в любых условиях не могут долго держать заряд.
«Наверняка волшебники, изготавливающие эти артефакты, специально сделали их расходными, чтобы денежный поток не иссякал. Хитро. Впрочем, бизнес он везде одинаков, наверное».
Пока я размышлял, Игун задал «самый злободневный» вопрос, словно больше нам обсуждать было нечего:
– Слушай, а Борина действительно тебе симпатизирует?
– Да откуда я знаю?
– Видел, как она потащила тебя в сад. Думал, вы вообще не вернетесь в зал.
«Ежики эбонитовые! Буквально все отметили повышенное внимание девушки ко мне. Им на приеме больше заняться было нечем?»
– Она просила ни с кем, кроме нее, не танцевать, – ответил первое, что пришло в голову. – Это считается знаком симпатии?!
– Да ладно тебе злиться. Среди первых невест Ибериума Борина – наименее вредная.
– Ты сам, что ли, на нее запал?
– Нет, и в мыслях не было.
Тревожное ржание лошадей прервало пустую болтовню. Вернулся питомец целителя, и угай поспешил к нему. Когда он подошел к нам, был крайне встревожен:
– По нашему следу идут мои соплеменники. На лошадях. И среди них двое волшебников.
– У вас в деревне два шамана?
– Питомец дал понять, что они разные, – поразмыслив, ответил целитель.
– И кто второй? Неужели дрег?!
После удивительного приручения волка мне так и не удалось поговорить с Ишидом. А очень хотелось узнать, почему угай был уверен, что хищник его не сожрет, как он понимает животное…
– Думаю, что шаман мог пойти с ним на сговор, – кивнул целитель.
– Значит, до наступления темноты нам нужно проехать как можно больше, – решил Игун.
– Ночью тоже можем не останавливаться, – добавил Ишид. – Мой зверь проведет по безопасным тропам.
Все дружно посмотрели на «укротителя», а тот через пару секунд уточнил:
– Серебристый волк сейчас немного задержит погоню, а ночью будет готов выступить нашим проводником.
– Он умеет разговаривать?
– Нет, но мы понимаем друг друга. Надеюсь, вы уже поняли, что зверь необычный? Больше пока я о нем ничего не могу рассказать.
Каждый имеет право на собственные тайны, поэтому не стал дальше расспрашивать и на друзей строго посмотрел. Меня поняли.
– Слушай, ты бы ему имя дал, раз уж вы общаетесь. А то «зверь», «питомец»… Предлагаю назвать Акелой. – Объяснять оторопевшим спутникам, чье это имя, не было времени.
Ишид, видимо, тоже так решил, потому что ничего не ответил на мое странное предложение, а только спросил:
– Ну что, по коням?
Отправились дальше. Про себя отметил, что уже довольно сносно держусь в седле, и это не могло не радовать. Теперь бы еще никаких голосов в голове не появилось, и тогда было бы вообще прекрасно. А то одарили возможностью общаться со степью, а суть процесса не объяснили.
«Могли бы методичку написать или инструкцию по применению. Как же у них все сложно!»
