– Ничего странного. Андрей начинал работать в девяностых, когда в стране бардак начинался. А я, тогда еще студентка, подрабатывала санитаркой в морге, знаешь что испытывает нормальный человек, видя на каталке под простыней не старика, а ребенка? С начала девяностых этих мертвых тел, принадлежащих детям, молодым мальчикам и девочкам, было слишком много. Мне тогда очень страшно становилось от всего происходящего и Андрею тоже, он ведь знал, сколько из них были жертвами преступлений, голода, безразличия мордатых чинуш. Вот тогда, не сговариваясь, каждый из нас и решил делать свое дело по мере возможности, я хочу сказать, профессиональное дело, а семья и дети – это потом, позднее, но, как видишь, позднее не получилось. Впрочем, я ни о чем не жалею, наверное, мне не надо было иметь детей. Другие девчонки начинали в коляски заглядывать с возрастом, томиться в одиночестве, мечтать о семье, а меня это миновало. Неправильная я, видно! – И Дина чуть грустно улыбнулась. – Ты кофе, наконец, сварил или теперь у плиты жить будешь?
– Пробуй, – проговорил Олег Петрович, разливая по чашкам ароматный напиток.
– А сливки в него добавлять можно? Пахнет очень вкусно, но я привыкла его пить со сливками. Ты, кстати, так на мой вопрос и не ответил.
– Со сливками не только можно, но и нужно, а теперь на твой вопрос отвечаю: родители были архитекторами, дед со стороны матери тоже. Я родился в Москве и прожил в квартире родителей всю жизнь. Отец родом из Нижнего Тагила, мама была москвичка, впрочем, их давно уже нет на свете, а я в силу возраста следующий.
– Да ну тебя, слушать тошно. Поел? Пойдем пройдемся, время есть, но если ты занят, могу проводить до метро.
– Пойдем пройдемся, у меня тоже есть пара часов, да и на улице сейчас хорошо, не очень жарко, можно в ваш парк сходить.
– Это какой парк ты имеешь в виду, Покровско-Стрешневский или на другой стороне шоссе? Кстати, немногие знают, что от нас идти до Канала имени Москвы, если, конечно, через парк, максимум полчаса. Что, пойдем туда?
– Пойдем прогуляемся, только к каналу в следующий раз, а сегодня давай просто побродим.
Когда они вышли из подъезда и хотели повернуть направо, мимо промчался автомобиль на совершенно не подходящей для двора скорости и обдал их водой из лужи, которая непонятно как умудрилась не пересохнуть.
– Вот урод, а если бы ребенок из подъезда выбежал? – оглядывая свои промокшие джинсы, проворчал Олег Петрович.
– Я такой машины у нас во дворе не видела, как он тут, интересно, оказался! – Дина закинула за спину легкую сумку и, не обращая внимания на мокрое пятно на юбке, направилась в сторону железной дороги, чтобы пройти к парку.
Павловская Слобода.
С утра пораньше Марго решила вначале поехать на старую квартиру, в которой родители мужа, по привычке она его так называла, прожили не одно десятилетие. Накануне ей долго не спалось, в голове крутились мысли, без которых она вполне бы обошлась, но воспоминания нас не спрашивают, они просто приходят, и очень трудно от них избавиться, особенно когда лежишь в кровати. Поэтому встала она не в самом хорошем настроении и, дабы не портить окружающим день своей печальной физиономией, поспешила уехать. До Москвы Марго добралась на автобусе, здраво рассудив, что в рабочий день, да еще с утра, дороги будут забиты машинами. В метро ее удивило то, что народ не давился в вагонах, а вполне свободно ехал, двое азиатов сидели, выставив ноги в проход, а пожилая женщина, судя по ее виду, готовилась устроить им небольшой утренний скандальчик. Поезд остановился, и в вагон вошли дед с мальчиком, оба парня не, сговариваясь, вскочили и уступили места вновь вошедшим, на лице несостоявшейся блюстительницы порядка отразилось разочарование. Марго внутренне усмехнулась, а потом подумала, вот и у нее сегодня было желание с кем-нибудь поссориться, только хорошее воспитание не позволило срывать скверное настроение на других. Поезд остановился на «Фрунзенской» и она поспешила выйти на улицу. Хоть и было всего десять утра, а солнце уже успело раскалить улицу. Стараясь держаться в тени деревьев и домов, женщина прошла по Комсомольскому проспекту и вошла во двор. Тут почти ничего не изменилось с того времени, когда она студенткой приезжала к Игорю. Потом она привозила сюда маленького Славку и радовалась, когда родители Игоря оставляли его на пару-тройку дней у себя. В эти редкие свободные дни она занималась теми делами, которые не успевала сделать прежде. Воспоминания невольно всплывали в голове, и женщина присела на лавочку, оглядываясь вокруг.
– А вы кого ищете-то? Или ждете кого? – спросили рядом. Марго вздрогнула и очнулась. Рядом стояла немолодая женщина, лицо которой показалось смутно знакомым. Марго объяснила ей, что ищет свою свекровь, которая жила когда-то в этом доме и которая теперь уже стара и вполне может забыть свой теперешний адрес, а старики, как известно, часто идут туда, где прожили лучшие годы жизни.
