Все в природе является динамичным балансом между противоборствующими силами. Планета Земля пытается улететь в космос из-за центробежных сил, но сила гравитации Солнца мешает этому. Любое движение конечности человека – конфликт противоборствующих сил, сгибающих и напрягающих мышц: ваши мышцы в бицепсах сгибают руки, а мышцы в трицепсах выпрямляют их. Это конкретные примеры, но, строго говоря, смысл диалектики – поиск ответа через принятие противоположностей.
Именно это базовое противоречие привлекло внимание Элизабет. От нее я узнала, что на диалектике основано большинство социальных и естественных наук. «Хорошо, – подумала я. – Если это полезно для науки, значит, это полезно и для меня. Значит, диалектическая поведенческая терапия». Это было как прозрение. Я словно осознала то, что уже интуитивно знала.
Вскоре после этого я позвонила на факультет философии и сказала: «Вы не могли бы прислать кого-то, кто рассказал бы мне и моим студентам о диалектике?»
Диалектика позволяет противоположностям сосуществовать: вы можете быть слабыми и сильными, счастливыми и несчастными. С диалектической точки зрения все постоянно меняется. Нет абсолютной или относительной истины, нет ничего абсолютно правильного или неверного. Истина развивается со временем. Ценности, которых придерживались в прошлом, могут потерять значение в настоящем. Диалектика – это процесс поиска истины в текущем моменте, основанный на синтезе противоположностей.
Это перекликается с концепцией готовности, о которой шла речь в предыдущей главе: «Готовность – это когда вы открываетесь тому, что есть. Речь идет о том, чтобы стать единым целым с вселенной и делать то, что необходимо в данный момент».
Я сказала своим студентам, что собираюсь следовать этому мировоззрению и нуждаюсь в их помощи. «Мы должны найти все, что в новой терапии недиалектично, и изменить его на диалектичное», – сказала я. Наверняка кто-то закатил глаза, но мои студенты уже привыкли к такого рода вещам. Они знали, что у меня постоянно возникают новые идеи.
Принятие диалектики стало кардинальной сменой направления. Я словно запрыгнула в элегантный европейский поезд, который с визгом остановился передо мной. Внимание, прибыл Диалектический экспресс! Двери открываются, я запрыгиваю внутрь, и поезд с ревом уносится вдаль. Я думаю: «Что ж, посмотрим, куда он меня привезет. Если он врежется в стену, я просто придумаю что-нибудь еще».
Но он до сих пор не врезался.
Многие из нас видят реальность в поляризованных категориях «или-или», а не «все это» или «и это тоже». Мы нередко заходим в тупик под названием «или тезис, или антитезис», не в силах двинуться в сторону синтеза. Мы часто не способны принять утверждения: «Я хочу быть с тобой, и я нуждаюсь во времени для себя», «Ты забыл встретить меня на вокзале, и ты по-прежнему любишь меня», «Я хочу дописать главу до вечера, и я хочу пойти домой и закончить работу прямо сейчас» и так далее. Все когда-то сталкивались с таким. Именно неспособность спросить себя «Что я сейчас упускаю?» и «Где я впадаю в крайность?» создает проблемы.
С диалектической точки зрения винить нечего и некого. Поскольку все взаимосвязано, у всего есть причина. С недиалектической точки зрения в A обвиняют Б, и это игра в одни ворота. В диалектическом мире A влияет на Б, Б влияет на A, и так по кругу. Транзакция была новой идеей в психологии, когда я разработала ДПТ.
Если признаете, что у всего есть причина, это означает, что виновных искать бессмысленно. Если вы знаете причину, стоящую за определенным поведением, независимо от того, насколько оно неприятно или болезненно, это поведение имеет смысл.
Многие из моих клиентов серьезно травмированы родителями. Я думаю, что большинству людей лучше любить своих родителей, чем не любить, независимо от того, каким было их поведение. Многие из тех, кого травмировали родители, по-прежнему хотят любить их. Я пытаюсь помочь таким клиентам понять, что возмущение и понимание могут сосуществовать. Поведение родителей достойно осуждения, но у них были свои причины: родители вели себя так из-за определенных событий в их жизни (например, попытки моей матери «улучшить» меня возникли из успешных попыток бабушки улучшить ее). Я могу любить своих родителей и в то же время не одобрять их поступки.
Терапевт должен помочь найти синтез противоположностей, найти то, что клиент упускает из виду. На многих сессиях я говорила себе: «Ищи синтез. Что я упускаю?» Пациент хочет лечь в клинику. Я не хочу, чтобы он ложился в клинику. Завязывается борьба. В чем диалектика? Пациент думает, что, скорее всего, покончит с собой, если не попадет в клинику (я этого совершенно не понимала). Я полагаю, что он, скорее всего, совершит самоубийство, если окажется в клинике (с чем клиент совершенно не согласен). Каков синтез? Мы должны любым способом сохранить жизнь клиента. Нам нужно решить эту проблему.