Как я уже говорила, практика, практика и еще раз практика.
Я получила драгоценные подарки от общения с Виллигисом.
Во-первых, я быстро поняла, что практика дзен содержит элементы, которые можно перенести в клиническую практику. Тем не менее эта уверенность была немного ошибочной, потому что процесс переноса оказался гораздо сложнее, чем я представляла. Мои первые попытки обернулись полным провалом. В итоге после нескольких поездок в Германию, консультаций с Виллигисом и получения обратной связи я смогла сделать практики дзен основой навыков ДПТ. В первую очередь это навыки осознанности, которые настолько важны, что в ДПТ им обучают в первую очередь. Осознанность – это сосредоточенность на своем присутствии в настоящем моменте и неосуждающее принятие своего присутствия в нем. Осознанность ведет к принятию. Чуть позже я расскажу о ней подробнее.
Второй дар был совершенно неожиданным.
Я приехала к Виллигису, не думая о том, хочу ли стать учителем или мастером дзен, но спустя годы стала и тем и другим. Как вы можете представить, это стало важным этапом моего духовного пути, об этом я расскажу в следующей главе.
Но я взяла и еще кое-что, более личное.
Когда я впервые оказалась у Виллигиса, меня постоянно терзали чувство несовершенства, отчаяние и сомнения в собственной ценности. В сочетании с беспрестанной болью от неудовлетворенного стремления – к Богу или что бы это ни было. Бо́льшую часть времени я чувствовала себя ужасно и не понимала, что со мной не так.
Мне очень повезло в ранние годы моей жизни с духовными наставниками – Тедом Виерой и Ансельмом. Они оба видели духовность, которая является моей сущностью, и оба любили меня. Но этого было недостаточно. Когда я начала беседовать с Виллигисом, я поняла, что что-то изменилось. Я могла говорить о своем устремлении так, как никогда раньше.
И Виллигис понял меня, как никто другой никогда не понимал.
Однажды я спросила у него: «Почему я так себя чувствую? Что со мной не так? В чем моя проблема?» Виллигис немного помолчал и ответил: «Марша, твоя проблема в том, что ты тоскуешь по дому». Я уже говорила, что обрела здесь семью. Но он говорил о другом. Он имел в виду, что я тоскую по Богу. Ночью, лежа в постели, я часто чувствовала, будто между мной и Богом была завеса или некий барьер. Я пыталась его убрать, но у меня ничего не получалось.
Когда Виллигис сказал, что я тоскую по дому, все внезапно обрело смысл. Я сказала себе: «Хорошо, я просто тоскую по дому. Со мной все в порядке. Я не душевнобольная. Я просто тоскую. Это тоска». Темная ночь в моей душе не рассеялась в тот же миг. Но она определенно стала светлее.
Любовь была еще одним сокровищем, которое подарил мне Виллигис. Конечно, «подарил» – не лучшее слово, потому что любовь – это не предмет, который можно подарить, как коробку конфет. Любовь просто есть. Я чувствовала любовь Виллигиса, и это было первым подобным опытом. Я впервые ощутила себя любимой. Тед Виера и Ансельм любили меня, но это было другое. Ансельм как будто ставил меня на пьедестал, так что это было скорее обожание, а не чистая любовь. Конечно, Эд тоже любил меня. Но это тоже было по-другому. С Виллигисом я чувствовала, будто вернулась домой. Он увидел мою духовную сторону, мою суть как будто впервые.
Его любовь была чистой и сильной, она исходила из радикального принятия. Она преобразила меня. Я больше не была одна и не была одинока. Я больше не тосковала по дому.
Наконец-то я стала самой собой.
Однажды, в июне 2010 года, я вошла в комнату Виллигиса в аббатстве. К тому моменту я изучила очень много коанов. Он взял лист бумаги и протянул его мне. «Теперь ты учитель дзен», – сказал Виллигис. Я изумленно возразила: «Я не могу быть учителем дзен. Я еще не закончила свои коаны». Он ответил: «Если ты смогла пройти столько коанов, ты сможешь и все остальное. Теперь ты учитель».
После этого я должна была отправиться к другому учителю дзен, так сказать, для проверки. Виллигис отправил меня к Пэту Хоуку, католическому священнику и мастеру дзен. Пэт жил в Тусоне, штат Аризона, и вскоре начал проводить дзен-ретриты для психотерапевтов вроде меня.
Центр Возрождения Искупителя занимает сто пятьдесят акров кустарниковой пустыни и находится на границе Национального парка Сагуаро на севере Тусона. Там невероятно красиво. На рассвете и закате горы заливает сиреневый и малиновый свет. Народ племени хохокам считал это место священным и оставил священные петроглифы на этих землях.
Церковь Богородицы Пустыни входит в состав центра. На стене церкви начертана перефразированная цитата из Книги пророков Осии 2:14: «Пустыня приведет тебя к твоему сердцу, где буду говорить я». Мне нравится эта маленькая церковь.