Пэт проводил ретриты, обучая психотерапевтов осознанности, которую я открыла для себя, и желая подтолкнуть их к философии дзен, если они того хотят. Я помогала Пэту вместе с Сидар Кунс, опытной ученицей дзен и психотерапевтом. Пэт, как и Виллигис, занял очень важное место в моей жизни.
Он согласился помочь мне стать хорошим учителем дзен. Я не просила делать меня мастером дзен. Учителя дзен можно сравнить с католическим священником, а мастер подобен епископу. Конечно, в дзен нет эквивалента папы.
Но Пэт сделал меня дзен-мастером в 2012 году, примерно через десять лет после начала нашей совместной работы. Пэт умирал и хотел перевести четверых человек в мастера дзен, включая меня. Он сказал, что я отражаю его мировоззрение. В то время многие хотели стать мастерами. Близкий друг Пэта однажды сказал мне: «Марша, ты лучший учитель здесь». Я спросила, что он имел в виду. Он ответил: «Ты единственная, кого не волнует, станешь ты мастером дзен или нет».
Церемония была прекрасной, со множеством ритуалов. Пэт отсутствовал, потому что был слишком тяжело болен. Вскоре он умер. Но теперь он всегда со мной, когда я провожу дзен-ретриты. Он приходит и опускается на меня, словно вуаль. Я чувствую его присутствие и поддержку.
Когда я думаю о Пэте, а это происходит часто, мне вспоминается один разговор. Раньше я верила, что важной целью терапии – после работы с опасным для жизни поведением и поведением, которое мешает самой терапии, – является достижение радости. Все хотят испытывать радость. Однажды, разговаривая с Пэтом, я поделилась этой мыслью. Я сказала: «Пэт, ты мастер дзен, разве ты не испытываешь радость постоянно?» Пэт ответил: «Марша, разве ты не предпочла бы свободу не нуждаться в желаемом, что бы то ни было? Разве тебе не стало бы лучше, если бы ты освободилась от необходимости иметь все, что, как тебе кажется, ты хочешь?»
Пэт был прав. Лучше принять то, что может предложить жизнь, вместо того чтобы жить под тиранией необходимости иметь то, чего у нас еще нет. Это не означает, что мы должны быть абсолютно пассивны. Вовсе нет. Это означает, что мы должны стремиться к важным целям, но при этом радикально принять тот факт, что мы можем не достичь их. Это значит, что нужно отпустить необходимость обладать.
И принимать то, что есть.
Это прекрасная идея, и я делюсь ей со своими учениками дзен. Еще я даю своим ученикам четыре великих обета дзен, которые мы трижды повторяем в начале наших занятий:
Многие вещи неисчислимы,
Я клянусь сохранить их.
Жадность, ненависть и невежество растут бесконечно,
Я клянусь оставить их.
Врата познания бессчетны,
Я клянусь пробудиться.
Нехоженая тропа не имеет равных,
Я клянусь следовать ей всем сердцем.
Я неопытный дзен-мастер. Я не похожа на других. Я включаю танцы в свою практику и не следую многим ритуалам. Однажды я попросила Виллигиса побывать на моих занятиях, послушать мои выступления, оценить их. Он ответил: «В этом нет необходимости, Марша. Я знаю, что ты хороша». Вскоре после этого Виллигис официально подтвердил, что я мастер дзен. Это было замечательно.
Быть мастером дзен – все равно что прыгнуть в бассейн с водой. Раньше я уходила вниз, всплывала наверх, снова уходила вниз, снова всплывала наверх. Теперь я просто сижу на дне. Мне больше не нужно подниматься, чтобы глотнуть воздуха. Есть вещи, которые невозможно объяснить словами. Итак, теперь я та, кто я есть, и мне больше не нужно выныривать.
В дзен есть такое понятие, как ум новичка. Это означает, что каждое отдельное мгновение – это самое первое переживание, которое вы испытали в этот момент. Каждое новое мгновение – это начало. Прямо сейчас единственное, что существует, – это вот это мгновение. Это чудо, если задуматься. Только это мгновение – и ничего больше. Ум новичка – осознание этого. Вся вселенная есть это мгновение. Это кажется мне удивительным. Я просто погружаюсь в это осознание.
Когда-то я все анализировала: «В чем смысл?», «Что это означает?» Сейчас поиск смысла кажется мне очень католическим явлением.
Сейчас я не ищу смысла. Я знаю, что все просто существует.
Пока я была в Германии, кто-то должен был курировать мои исследования, клиническую практику и моих студентов. Келли Иган, некогда моя соседка и первый постдок, уволилась из лаборатории. Поэтому я наняла новоиспеченного постдока, назовем его Дэвид. Очень умный парень с хорошим образованием, он впечатлил меня в нашу первую встречу. При необходимости он мог быть неотразимым обаяшкой. Мне сразу захотелось нанять его.