Может возникнуть подозрение, что Ортон был тем, чем хотел бы быть сам Лавкрафт. Он, вероятно, стал вторым почетным дополнением к Калему, хотя так же бывал на встречах очень нерегулярно вплоть до отъезда Лавкрафта из Нью-Йорка. Сам Ортон мало занимался литературной работой - он составил библиографию Теодора Драйзера, "Драйзерану" (1929), создал журнал библиофилов "Colophon", а позднее основал в Вермонте издательство "Stephen Daye Press", для которого Лавкрафт будет делать некоторую фрилансерскую работу, - и его почти не интересовала мистика. Тем не менее, его новоанглийское происхождение и неприязнь к Нью-Йорку дали им обоим немало пищи для разговоров.
Помимо прогулок с товарищами вторую половину 1925 г. Лавкрафт провел в новых одиночных путешествиях. Всего три дня спустя после своей ночной прогулки, которая закончилась 10-11 августа в Элизабет (где Лавкрафт написал рассказ "Он"), он снова отправился в этот городок в ночь с 14 на 15 августа - на сей раз пешком пройдя через маленькие городки Юнион-Сентер (сейчас Юнион) и Спрингфильд, несколькими милями северо-западнее Элизабет, и вернувшись назад через общины Гэллопинг-Хилл-Парк, Розелл-Парк и Равэй. Это было огромное расстояние для пешехода, но Лавкрафт неутомим в своей охоте на старину.
30 августа Лавкрафт нанес первый визит в Патерсон, чтобы в компании Мортона, Кляйнера и Эрнеста А. Денча принять участие в экскурсии на природу Пешеходного Клуба Патерсона. Сам город произвел на него неблагоприятное впечатление ("это, определенно, одно из самых безотрадных, ветхих и совершенно неописуемых мест, которые мне не повезло увидеть"), но цель путешествия, водопад Баттермилк-Фоллз, не разочаровал ожиданий:
Есть восхитительная живописность и несказанная величавость в подобном зрелище - крутой обрыв, расколотая скала, прозрачный поток и титанические ярусы террас, обрамленных стройными колоннами из незапамятно-древнего камня; все купалось в бездонном молчании и волшебном зеленом сумраке глубокого леса, где солнечный свет, проникая сквозь ветви, пятнает палую листву и чудесным образом придает громадным диким стволам деревьев тысячи неуловимых и мимолетных обликов.
И снова Лавкрафт демонстрирует острейшую чувствительность к красотам любого пейзажа - будь то город или деревня, пригород или лесной район, остров или океан. Всего шесть дней спустя, вечером 5 сентября, Лавкрафт, Лавмен и Кляйнер предприняли новое исследование Бруклина в окрестностях дома 169 на Клинтон-стрит, осмотрев Юнион-Плейс, маленькую, мощеную булыжниками улочку (ныне, как ни печально, уничтоженную), которая позднее послужит основой для одного из стихотворений в "Грибах с Юггота" (1929-30).
9 сентября Лавкрафт с Лавменом присоединились к семейству Лонга для поездке на лодках вверх по реке Гудзон - до Ньюберга, расположенного где-то на двадцать миль севернее Нью-Йорка. По дороге они проплыли мимо таких городков как Йонкерс, Тэрритаун и Хейверстро - района, воспетого Вашингтоном Ирвингом в "Легенде Сонной Лощины" и других работах. У них было всего сорок минут на осмотр Ньюберга, но они использовали их наилучшим образом. Обратная дорога - на на другой лодке - прошла без приключений. 20-го числа Лавкрафт взял Лавмена в поездку в Элизабет.
Одним из самых путешествий того сезона стала трехдневная поездка в Джамайку, Минеолу, Хемпстед, Гарден-Сити и Фрипорт на Лонг-Айленде. Джамайка тогда еще не была частью Квинса; остальные городки относятся к округу Нассау, что восточнее Квинса. 27 сентября Лавкрафт отправился в Джамайку, которая "совершенно поразила" его: "Везде, куда не кинешь взор, лежала настоящая новоанглийская деревушка - с деревянными колониальными домами, георгианскими церквушками и очаровательно сонными и тенистыми улочками, где гигантские вязы и клены стояли тесными и пышными рядами". Сейчас, боюсь, все здесь выглядит совсем иначе. После этого он отправился на север, к Флашингу, сейчас также вошедшему в состав Квинса. Это было голландское поселение (его название - англизация слова "Флиссинген"), которое тоже сохранило отрадные черты колониальной эпохи. (Боюсь, сейчас это сплошной бесконечный ряд дешевых кирпичных многоквартирных домов.) Он особенно мечтал найти одно здание - дом Бауна (1661) на углу Баун-стрит и 37-й Авеню, - и ему пришлось опросить немало полицейских (которые "не были очень хорошими знатоками старины, ибо ни один из них не видел и не слышал о подобном месте"), прежде чем тот наконец отыскался; дом восхитил Лавкрафта, но неуверен, что он реально заходил внутрь. Дело в том, что тогда дом еще не был открыт как музей. Лавкрафт задержался во Флашинге до сумерек, затем вернулся домой.
