– Я стараюсь соблюдать все правила и законы с тех пор, как мама в тюрьме. Бизнес теперь на мне, и я понемногу перевожу его в рамки… Законности. Вкладываю в менее опасные и рискованные истории.
– Легализуете.
– Можно и так. Всегда казалось, что мы неприкосновенные. Тюрьма не для нас. Убьют – да. Но тюрьма… Не для нас, и уж точно не для мамы. И вот ей дали двадцать лет. Это сильно выбило её. У нас был третий брат. Самый младший. Он погиб шесть лет назад…
– Застрелили? – перебил Клод Саджер.
– Нет! Чарли был не в делах. Он был праведником. Или ангелом. Разбился на скалах. На доске. Но это её не сломило. А вот тюрьма… Я вижу, как она сдаёт. Растолстела. Не следит за собой, хотя пока… Всего три года. Это самое главное в жизни. Понимаете? Мать.
– Да, – ответил машинально Клод Саджер. Конечно, он не понимал.
– Ресторан, отель, гольф-клуб. Появился хороший кусок земли. Стройка на стадии завершения. Ресторан может быть ваш.
– Рестораны – довольно рискованные инвестиции.
– Как вести дела. Нам «досталась» сеть пиццерий. Не высокая кухня. Но они приносят хорошую прибыль.
– Это совсем другое. Совсем, – в интонации шефа проскочили пренебрежительность и высокомерие. Но Лари Кач буквально одной фразой осадил оппонента. Он, как будто буднично и повседневно, просто зажигая свет в гостиной нажатием на клавишу, переключился с гостеприимного инвестора на заправского бандита.
– У меня степень по праву и бизнесу. В этой машине нет дураков, месье Саджер?
– Извините, — ответил шеф-повар. Его рука инстинктивно шарила в поисках защиты. Мозг требовал тесака в руке. Но ничего подходящего не попадалось.
– Вы меня извините, — снова переключился Лари Кач. – Я не хочу начинать наш бизнес с угроз. Но Вы должны понимать, кто мы… Кем мы были. Это будет отражаться в отношениях. Привычка. Но уверяю, я безмерно уважаю ваш талант, и все отношения между нами будут оставаться в юридических рамках и, возможно, в дружеских. Я умею дружить. Кстати, я ел у вас в ресторане. Правда, не кролика. Чертовски завидую маме.
– Вы были в Саджере?
– Да. Три года назад. Вы даже подходили к нам. Мама тоже была, но она вас не помнит. Когда я узнал, что вам дали звезду, и прочёл статью… Вот Вы здесь. Я планировал два ужина. Один для мамы, а один для нас. Это была бы отличная презентация будущего бизнеса. Но…
– Самолёт чуть не разбился. Грузовую дверь вырвало, у нас была дыра размером с эту машину. Все животные погибли. Там была… – шеф решил не продолжать историю. Ему вспомнилась Ши со своим псом.
– Об этом везде писали. А как же этот? Это ведь прованский кролик?
– Я лично посадил его в клетку на ферме отца. Поки был в салоне.
– Поки? У него было имя? Кролик с именем на ужин… Это странно даже для гангстеров, – улыбаясь, сказал Лари.
– Я… Нужно было дать им имена. Я вез их как домашних питомцев.
