Острая головная боль насквозь прошла через кость черепа и с наслаждением въелась в мозг. Жара была несносная, она мгновенно заполняла лёгкие и расплавляла всё вокруг до состояния вялого печёного яблока, высушивая все живые поверхности, доступные нещадно палящим солнечным лучам. Голова, заполненная режущей болью, отказывалась от любых мыслительных операций. Дорога впереди извивалась, как ядовитая змея в руках укротителя, и уходила куда-то вдаль. Машина накалилась под равнодушно обжигающим солнцем и медленно запекала собственную хозяйку. Форточки были вжаты глубоко в низ двери, и слабый ветерок игриво тревожил пряди каштановых волос, хотя мало помогал освежиться. Температура на улице зашкаливала аж под сорок градусов, только для такой погоды водителей на улицах было чересчур много. Все пассажиры в стальных коробках в данную минуту напоминали собак, чья шерсть не давала спасения даже при сильном ветре, и тогда они высовывают головы в маленькие окошечки, вываливают огромные языки с капающей слюной и с надеждой смотрят вперёд. От сумасшедшей жары, казалось, сошли с ума все, включая светофоры, которые, щурясь на солнце то зелёным, то красным светом, потом вдруг и вовсе застывали в долгом ожидании. От раскалившегося асфальта, испещрённого то там, то тут расплавившимся гудроном, которым делались заплатки на дороге, исходил немыслимый жар. В городе сумасшествие захватывало не только проезжающие сознания плотно впечатанных в раскалившиеся коробки, но и вяло шагающих по обочине прохожих. Ларьки, торгующие всем необходимым, делали небывалую выручку на продаже всех имеющихся жидкостей, включая пиво и минеральную воду. Пить хотелось очень, но только тёплая жидкость, вяло спускающаяся вниз по глотке, не приносила никакого облегчения. От нещадно паливших солнечных лучей, которые своим безжалостным теплом разрушали последние капли кислорода, становилось совсем невозможно дышать, и иногда даже казалось, что тело и вовсе забыло, как нужно дышать, потому что даже при глубоком вдохе не ощущалось поступления свежего воздуха. Психическое помешательство от жары медленно захватывало город, мозг отказывался работать у всех: грузная продавщица, наливающая в стаканы и бутылки квас, казалось, совсем перестала понимать суть своего занятия, с отупением глядя на прибывающую очередь покупателей; мороженщицы путались в пожеланиях покупателей, подавая талые цветные пачки и неправильно отсчитывая сдачу. Водители моментально забыли все правила дорожного движения, создав огромную пробку на перекрёстке впереди. Головная боль разрасталась, как раковая опухоль, вытесняя из головы всё, кроме пульсирующих ударов в висках. Дышать было больно и вовсе неохота. Раздражение от огромного скопления раскалённых автомобилей, которые, соприкасаясь с горячим асфальтом, ещё больше расплавляли и без того горячий воздух, росло. Захотелось вдруг сбежать прочь от всего этого безумия. Слегка прикрыв глаза, Ангелина представила, какое бы облегчение наступило для её головы, если бы только на несколько секунд полностью погрузиться в прохладный водоём. Ни с чем не сравнимое ощущение очищения и спасения от изнуряющей жары при лёгком погружении в водоём, когда водное пространство вдруг на доли секунды смыкается над твоей головой, и вдруг собственные лёгкие снова начинают дышать, и человек как бы пробуждается от долгого сна и вновь начинает жить. От приятных мыслей вдруг сделалось легче, но лишь до того мгновения, как Ангелина снова взглянула на столпотворение железных монстров впереди. Звук сигналов со всех сторон помог вернуться к суровой жарящей реальности. Так как голова больше не думала и правила тоже стали испаряться из головы, резко вывернув руль вправо, Ангелина совершила опасный разворот и покатила в противоположную сторону, оставляя далеко позади огромную очередь запекающихся водителей. Покидая раскалённый город и видя очертания его знакомых улиц, Ангелина с сожалением думала, какое множество людей сейчас сидит в своих тесных каморках, плотно прилипнув к форточкам, желая хоть каплю освежиться и вместо этого расходуя последние капли кислорода, совсем не замечая, как разъярённая жара безжалостно занимает их собственные жилища. Прознав о долгом отсутствии дождя в небольшом городке, жара устремилась туда, где она могла безраздельно и полновластно править и карать, занимать собой всё пространство, вытравливая последние запасы живительного кислорода из тесных, спёкшихся лёгких людей. Оставляя далеко за собой очертания родного города, Ангелина всё же ощущала, как головная боль захватывает всё большую территорию, отзываясь бешеным пульсированием где-то на шее. Чем дальше отдалялся город с его тесными, переполненными улицами, тем становилось приятнее от ощущения приближения водоёма – того самого озерца, куда ещё в начале лета они с друзьями ездили на шашлыки. Озеро было небольшое, но сейчас его размеры не имели никакого значения, самое главное, что в нём была вода, прохладная и прозрачная, в которой и есть спасение от нестерпимой духоты. Машин становилось всё меньше, видимо, желающих тащиться на приличное расстояние от уже привычного, насиженного места не было, многим было куда приятнее отсиживаться в собственных тесных чугунных ваннах. Но от этого было бы ещё лучше – похоже, народу там будет не так уж и много, а значит, и водичка будет наиболее приятной. Ветерок в форточку влетал очень медленно, предпочитая не засиживаться в душной машине, а улететь на свободу, повыше к голубым облакам. Для ощущения хотя мы небольшой прохлады Ангелина вдавила педаль газа поглубже и мгновенно ощутила резкое похлопывание прохладной ладошки встречного ветерка. Волосы на ветру стали исполнять какой-то безумный танец, пряди падали то на лицо, то, наоборот, от лёгкого наклона головы прятались за спину. Шум в ушах становился сильнее – то ли от головной боли, то ли от шуршания шин по горячему асфальту, то ли от свиста пролетающих мимо автомобилей. Музыку в радиоприёмнике было слышно плохо, лишь какое-то шипение, зато ветер освежал, и Ангелину всё устраивало. Только вот безжалостная жара и доводящая до безумия головная боль, как-то сговорившись, что ли, стали выскребать из головы последние воспоминания о правилах вождения автомобиля, хотя какие могут быть правила в такой мошеннической схватке? Боль, которая управляет тобой, жара, которая сводит с ума, и ты, крепко вцепившаяся в окружность руля?.. Пожалуй, не совсем честно и справедливо, только вот и Ангелина не любила проигрывать, прекрасно зная о припасённом в рукаве козыре в виде приятного прохладного озера. Хотя вдруг пришло в голову: а что, если разъярённое солнце, просчитав её, Ангелинины, планы, вдруг обратило все силы на несчастное небольшое озеро, страстно желая нагреть воду до безумного состояния кипения. «Ну уж нет!» – пронеслось в голове девушки, и она до конца вдавила педаль газа в пол, молниеносно желая приблизить то ощущение победы, когда прохладное освежающее озеро примет разгорячённое тело в свои владения и вернёт способность к трезвому рассуждению. Но всего больше ей хотелось в одно мгновение вытравить мучащую удушающую боль из своей головы. На секунду Ангелина прикрыла глаза, чтобы представить состояние без боли, без сводящей с ума жары. Голове легко и спокойно, телу прохладно и приятно, а потом можно немного подразнить безжалостное солнце, подставив под его лучи бледное тело, а потом снова в воду, и тогда победа!!! Победить жару всего лишь тридцатью минутами езды от города – вот это хитро!!! Открыв глаза, в доли секунды Ангелина вдруг увидела прямо перед собой огромное чёрное препятствие, сверкающее и преломляющее солнечные лучи. Автомобиль, двигающийся навстречу, в одно мгновение сломал все планы победителя. Рефлекторно прикрыв руками голову, где головная боль оплела всё тяжёлыми путами и повергла сознание в сон, вместо приятной прохлады и зеленеющей глубины – только острое ощущение страха и вечная темнота, теперь жара захватила тело в полную собственную власть. Но ей уже всё было безразлично, потому что темнота и покой навечно лишили мозг возможности думать, а тело – возможности ощущать. За то мгновение, когда человеческий глаз увидел помеху на дороге, а мозг представил её причиной собственной гибели, нога не успела отпустить педаль газа. Если жара и боль вступают между собой в договор, то не стоит желать собственной победы любой ценой… Скорость и безумное желание победить могут принести вам большую опасность, чем враги, медленно и постепенно сводящие с ума…