Я поднялась и подошла к выходу. Тусклые светильники в коридоре после полной темноты заставили меня зажмуриться.
– Пожалуйста, доверьтесь мне.
Эфрен приглашающе указал вперёд. Задавать вопросы, стоя на пороге тюремной камеры, при том что эта камера – твоя собственная, – не самое умное поведение. Потому я молча последовала за целителем сначала по коридору, затем по крутой лестнице вниз, опять по коридору, намного уже и мрачнее предыдущего, после чего мы оказались в небольшом полутёмном помещении, судя по нагромождению коробок – кладовой.
– Карен, почему вы не сказали, что ваш отец – Росен Грэнш? – взволнованно спросил Эфрен.
– Потому что теперь это не имеет никакого значения. Я – жрица.
– Только не для императора. – Эфрен глубоко вздохнул. – Карен Грэнш, боевой маг первого уровня, лучшая выпускница школы, дочь выдающегося мага и заговорщика… Вас считали мёртвой.
– Так и есть. Карен Грэнш мертва. Во мне не осталось её способностей.
– Увы… Император рассудил иначе. Он боится вас, Карен. Свидетели клянутся, что видели в ваших руках энергию, и будь вы обычной жрицей, это можно было бы списать на «померещилось» и «почудилось». Но вы – бывший маг, демоны раздери! Негар сомневается, что вы выгорели окончательно!
– Вы осмотрели меня, ещё какой-то тип потрошил мои внутренности… Во мне нет магии, иначе… – я сделала усилие, чтобы не сорваться на грубость. – Разве я терпела бы всё это?!
– Я-то вам верю, а император – нет… – Эфрен набрался мужества и заглянул мне в глаза: – Вас велено тайно убить. Развеять так, чтобы не осталось ни тела, ни праха. К счастью, эту ответственную задачу поручили мне.
– Приступайте, – выпрямилась я. – Или следует стать к вам спиной? Говорят, так проще.
Целитель тихо всхлипнул.
– Я знаю, что судьба была к вам жестока, но не думайте обо всех, как о мерзавцах… Из здания тюрьмы портал не построить, исключительно сильная защита. Сейчас я выведу вас наружу и отправлю к другу в Иркен. Понимаю, столица Асгэра не лучшее место, чтобы спрятаться, но увы, у меня не так уж много друзей, которым я безгранично доверяю. Мэ́лан Кэ́лас – один из них, он тоже целитель, ему всегда требуются помощницы. Я связался с ним, он вас ждёт. Единственное… ваша внешность. Она слишком приметная.
– Могу покрасить волосы.
– Я хочу предложить другое. Видимо, после выгорания вы не обращались к целителю, иначе он предложил бы вам смягчить последствия. Вернуть часть пигмента коже и волосам, восстановить цвет радужек. Совсем чуть-чуть, но этого будет достаточно, чтобы вас не узнали. Не Карен Грэнш и не жрица Карен, а совершенно иная женщина. Конечно, я не гарантирую результат…
– Если это поможет мне выжить, я согласна, – перебила его. – Делайте что угодно. Страшнее я не стану.
Эфрен воодушевился.
– Тогда постойте так минутку. Это быстро.
Какое-то время я стояла смирно. По ощущениям ничего не изменилось, а разглядывать себя было некогда. Маг облегчённо выдохнул.
– Я сделал всё, что в моих силах. Теперь мы можем выйти. Вы ведь не замёрзнете, пока я буду строить портал?
– Было бы крайне нелепо и обидно.
Незаметная дверь в конце кладовой открылась в непроглядную тьму. Каменные плиты двора блестели от инея, высоченные чёрные стены оставили от ночи прямоугольник звёздного неба далеко вверху. Арка портала возникла в локте от нас.
– Я… очень благодарна вам, – выдавила я вместе с облачком пара.
– Не стоит благодарности, Карен. – Эфрен мягко подтолкнул меня. – Передайте Мэлану привет!
Шагая в портал, я отметила, что до сих пор не ощущаю страха. Всё происходило слишком быстро, я лишь следовала за обстоятельствами.
Жрица должна подчиняться воле Предвечной.
Очутилась я в тесной комнате, заставленной шкафами с самыми разнообразными баночками, коробочками, пакетиками и бутылками. В нос ударил горько-пряный запах трав, напомнив о Софен.
– Сюда, – услышала я приятный баритон, – дай руку, девочка.
Протянутая мне ладонь оказалась сильной, твёрдой и громадной. Меня довольно бесцеремонно обхватили второй рукой за талию, вздёрнули вверх и осторожно перенесли на пустое место.
– Прости мою вольность, – тут же повинился обладатель баритона. – Там на полу осколки стекла, склянку разбил. Наградила Предвечная медвежьими лапищами, вечно что-то роняю… Ты, значит, Карен?
У моего встречающего были не только медвежьи лапищи, но и богатырская фигура, и мощная шея, и массивная голова с копной рыжевато-бурых волос. Маг третьего или четвёртого уровня, о ровную золотистую ауру которого хотелось погреть руки.
– Доброй ночи, – поклонилась я. – Вы господин Кэлас?
– Утро. Расхождение у нас с Ангрой по времени, мы на четыре часа вперёд ускакали, – добродушно поправил он меня. – Я – Мэлан, никаких «вы» и «господин». Сам выкать не обучен и от других не терплю. Дед мой простой деревенский знахарь, отец до лекаря поднялся, а я, милостью Предвечной, целитель.
Глядя в благожелательные светло-карие глаза, я задрала рукав рубашки и продемонстрировала правое предплечье. Не представляю, что сказал ему Эфрен, но обманывать я никого не желала.