Я прижимала к себе новорождённую, пока её не забрали у меня из рук. Крохотную живую девочку, бестолково разевающую беззубый рот. Мэлану удалось спасти и мать, и двух сестрёнок. Целитель наложил на обессиленную роженицу последние заклинания, раздал указания, отмахнулся от сбивчивой благодарности счастливого мужа и отца, после чего открыл обратный портал домой. Вышли мы в кабинете, и Мэлан сразу повернулся ко мне.
– Что это было, Карен?!
Он глядел на меня с новым чувством – изумлением, смешанным со страхом.
– Благословление Предвечной. Только я не разберу, кем будет этот ребёнок…
– Карен! – Мэлан сжал руки. – Какое, к демонам, благословление! Кроха родилась мёртвой, я целитель с двадцатью годами практики и не мог ошибиться! Я видел, как из твоих ладоней исходила сила!
– Скажи ещё магия, – вымученно улыбнулась я.
– Нет, не магия. Магия не способна возвращать ушедших… Кто ты, Карен?!
– Обычная жрица. Мэлан, ты же видишь ауры. Во мне сохранилась хоть капля дара? Хоть единая искорка из того пожара, которым я выжгла себя?! – Пришлось остановиться, чтобы не сорваться на крик. – Ты не спрашивал, как я выгорела, так вот: в бешеной ярости я буквально вспыхнула – чистой энергией, став эпицентром гигантского факела. Начисто спалила всё вокруг на сотню локтей, расплавила камни и землю до состояния стекла… Не понимаю, каким образом я уцелела. Меня нашли у статуи Предвечной на другом конце Рагара: похоже, я перенеслась порталом – последним созданным в своей жизни. Семь лет я училась жить без магии, убогая, калечная уродина, от которой шарахались люди. Облик, что ты видишь, – любезность господина Эфрена, сообразившего, что приметную седую жрицу с абсолютно белой кожей и отсутствием радужек император отыщет даже в Асгэре.
Мэлан, не сводивший с меня глаз во время столь эмоциональной речи, встрепенулся.
– А почему тебя должен был искать император?
– Потому что, когда его псы явились в храм, чтобы вышвырнуть вон старух и детей, я обманула гвардейского капитана. Сложила пальцы особым образом и пригрозила пустить в ход боевое заклинание. Сияющий Смерч, слышал о таком?
Он присвистнул.
– Мне необходимо было выиграть время, чтобы дать жрицам собраться и отъехать подальше. Капитан оказался трусом, или я сыграла убедительно, но всё получилось. После чего меня бросили в тюрьму и решили тайно развеять. Император испугался уникальной жрицы, особенно когда узнал, что я бывший маг первого уровня, дочь выдающегося изобретателя и заговорщика… Негар не поверил, что я выгорела окончательно. Гвардейцы утверждали, что в моих руках копилась энергия.
Я встряхнулась.
– Бред! Благодать Предвечной и магия – две разные вещи. Первая не может убивать, вторая, как ты правильно заметил, не способна воскрешать. Я же вообще пустышка, разве ты не видишь?
– У тебя необычная аура, – осторожно сказал Мэлан. – Прости, Карен… Мне вовсе не хотелось заставлять тебя вспоминать о болезненном прошлом.
– Мне уже почти не больно. Я смирилась, понимаешь? Магия не вернётся. От того, что мои пальцы складываются в заученные жесты, заклинания не появятся. Ребёнка спасла Предвечная, ты стал свидетелем проявления её могущества.
– Если ты так говоришь…
Он мне не верил. Я читала это в карих настороженных глазах, в опаске, с которой Мэлан поглядывал на мои пальцы. Но целитель оставался собой – неуклюжим и добрым, заботливым и великодушным.
– Не сердись на меня, – примирительно пробасил он. – Отдохни лучше. Ужин готовить не надо, я вечером в гости ухожу, родители опять невесту сватают. Не успокоятся, пока не женюсь.
– А ты против? – улыбнулась я, радуясь перемене темы.
– Мне тридцать восемь недавно исполнилось, – скорчил забавную рожицу Мэлан. – Не такой уж старый, чтобы девушек подсовывать. Со временем сам найду ту, которая понравится.
– Всего лишь «понравится»? – подколола его я. – А как же любовь с первого взгляда?
– Упаси Предвечная, – ужаснулся целитель. – Этак можно и в стерву влюбиться, и в какую-нибудь родовитую, которая всю жизнь будет попрекать, что я рылом не вышел. Или ещё чище – получить от ворот поворот и потом страдать, не спать, не есть… – Его передёрнуло.
Да уж, в его случае «не есть» стало бы жестоким наказанием.
– Карен, а жрицам позволено любить? – огорошил меня вопросом Мэлан.
Я даже не сразу сообразила.
– Предвечная завещала любить всех.
– Нет, я имею в виду… Жрицы же женщины. Есть молодые, красивые. – Целитель мечтательно вздохнул. – В нашем храме была одна – я мальчишкой наглядеться не мог. Всё бегал любоваться… Отец прознал – на смех поднял, тем и кончилось. Только скажи мне кто, что на ней жениться можно, – ни секунды бы не раздумывал, веришь?
Мне осталось развести руками.
– Такого запрета нет, но… как-то не принято, что ли. Да и кому нужна жена – жрица?
– А что тут плохого? – искренне удивился Мэлан. – Я бы с удовольствием женился на жрице, особенно если она готовит, как ты.