Журавль среди волков полностью

– Тем более мне следует вернуть её домой, – прошептала я.

Дядя покрутил фигуру для чанги в пальцах и склонил голову.

– Очень благородно с твоей стороны. Заслуживает уважения. – Он поднял на меня взгляд и добавил: – Вы обе столько всего пережили…

На какое-то время дядя словно потерялся в своих мыслях, а затем тихо произнёс:

– Да будет гладким путь к твоей сестре.

Он собрался было подняться, но я спешно произнесла:

– Дядя, у меня есть просьба…

– Ты знаешь, за что казнили твоего отца? – сказал он, глядя на меня тусклым взглядом.

Этот вопрос терзал меня два долгих года, но я не ожидала, что об этом зайдёт речь.

– Возможно, но ещё никто не подтверждал мои подозрения. А вы, дядя?

– Тебе известно о политической чистке 1504-го года?

– Да.

Он всё равно пустился в объяснения.

– Ван казнил всех чиновников, поддержавших смерть его матери. Наказал даже тех, кто никак не был с ней связан, но присутствовал тогда при дворе и не помешал тем, кто над ней измывался.

Дядя смотрел мне в глаза, не отрываясь, и взгляд его казался едва ли не отчаянным.

– Твой отец, – медленно проговорил он, – был из их числа. Он посещал двоюродную сестру, одну из младших жён прежнего правителя, и никто даже не помнил о том визите. Пока кто-то не раскрыл этот секрет Ёнсан-гуну.

Я опустила взгляд и потёрла кожу у ногтей. Голос у меня дрожал.

– Как я и думала… Отца казнили в тот же месяц, что и других чиновников.

– Ты сильно побледнела, – заметил дядя. – Позвать слугу, чтобы тебе принесли что-нибудь попить?

– Моих родителей больше нет – их жизни отнял ван Ёнсан-гун,– сказала я, рассматривая доску для чанги.

Вонсик назвал для меня все фигуры. Вот это – чоль, «солдат»; его задача – двигаться вперёд или вбок, чтобы перехватить фигуру соперника. Но пойти назад он не может. Как и я.

– Дядя, вы же понимаете, – осторожно, медленно произнесла я, – что я не могу позволить вану отнять у меня и сестру.

Он покачал головой.

– Вызволить её невозможно.

– У меня есть план.

– Вот как?

– Я заключу сделку с ваном. Найду Безымянный Цветок и получу сестру в награду.

Стоило мне произнести это вслух, как я осознала, насколько нелепой на самом деле была моя идея.

Дядя отставил фигуру, которую крутил в пальцах.

– Ты хочешь найти убийцу? Ван обратился к самым опытным следователям в стране, и те до сих пор не вышли на его след.

– Я должна попытаться, и для этого я здесь. Возможно, вы поможете мне с расследованием…

– Это опасное и тщетное предприятие. Тебе следует вернуться домой.

– Но где мой дом?

– Разве у тебя нет бабушки?

– Она любит только мою сестру. Меня никто не хочет принять. Я везде не своя.

Слова горели у меня в горле, и я тяжело сглотнула.

– Ничего этого не случилось бы, не убей ван моих родителей. Если бы не он, я бы не была так несчастна.

Дядя снова огляделся.

– Ну-ну, тише. Вдруг слуги тебя услышат?

– Все разделяют моё мнение, и вы тоже, не так ли, дядя? Ван понизил вас в должности!

Его левый глаз дрогнул, и он поджал губы. На секунду дядю поглотило сильное чувство – но не ярость, а сожаление.

– Я всю жизнь трудился, чтобы дослужиться до второго ранга, и как быстро сорвался вниз… Хван Поён, – сказал он, поднимая взгляд к потолку. – Я должен кое-что тебе сказать. Я…

Тут лицо его побелело от страха, и он покачал головой.

– Ты не сможешь воссоединиться с сестрой. Забудь о ней и начни новую жизнь. Она бы этого хотела.

Разговор шёл совсем не так, как я рассчитывала. Вопреки моим надеждам в дяде как будто не было ни капли злобы к правителю.

Я стиснула кулаки, пытаясь сдержать своё нетерпение, не потерять самообладание. Мой взгляд сверлил доску для чанги, тревожные мысли сменяли друг друга.

«Нет, Исыль,– сказала бы Суён, будь она рядом. – Не спеши. Не делай глупостей. Потяни время».

Но время ускользало сквозь пальцы. Каждую секунду чудовище вытягивало крупицы жизни из моей сестры.

– Бывает, что вы грезите, дядя? Грезите, как и я?

Он нахмурился.

– Ты плачешь?

Дрожащей рукой я потянулась за фигурами чанги, деревянными фигурами, красными и синими. Два «генерала» стояли друг напротив друга, каждый в своём штабе.

– Я представляю, какой была бы наша жизнь, если бы ван не убил моих отца с матерью, – охрипшим голосом сказала я сквозь слёзы, убирая красного «генерала» с доски, на кладбище побеждённых фигур. – Может, мы с сестрой ещё жили бы дома и не знали таких страданий. И как повернулась бы жизнь, – тут я поставила синего «генерала» на место красного, – если бы этот правитель пал?

Дядя наблюдал за мной, постепенно мрачнея.

– Главная фигура на доске… Ты заменила одну другой.

Он отодвинул доску для чанги и внимательно посмотрел на меня.

– Будь осторожнее с подобными мыслями, Хван Поён.

– Но ведь с вами, дядя, мне ничего не грозит?

– Нет, – искренне прошептал он.

– Дядя… Не кажется ли вам, что небеса разгневаны на нашего правителя?

– Кажется, – тихо ответил он и опустил взгляд. Мышцы на лице у него дёргались от возбуждения. – Тебе пора. Уходи сейчас же.

Я вышла за ворота, посмотрела на гору Пугаксан, что возвышалась за столицей, закрыла глаза и вздохнула.