– Да так… – Женя нашарила в сумочке ключи, но не вытащила их. – Не обижайтесь на меня, дорогой путешественник, но, кажется, я уже немножко влюблена в другого человека. Совсем-совсем немножко, можно даже сказать, теоретически и по прихоти одной нестандартной свахи, но…
Она замолчала и внимательно посмотрела на лицо третьего по счету Сережи.
– Я все понял, – быстро согласился он. – Я пошел, да?
Женя кивнула. Гость побежал вниз по порожкам.
«Опять Василий рискует, опять!.. Рискует и боится, – думала Женя. – И опять я не понимаю, зачем он это делает».
Она не стала звонить Василию, хотя и хотела этого. Но Женя просто не знала, что говорить…
…Она столкнулась с ним в пятницу утром, едва открыв дверь подъезда. На улице, чуть ли не вплотную к двери, стоял человек с сердитым лицом.
– Здравствуйте, Евгения Владимировна! – выпалил он. – Меня Сережа зовут. Васька позвонил мне вчера вечером и все рассказал… – Сережа на миг опустил голову, словно заново переживая свалившийся на его голову позор, тут же поднял ее и не менее горячо продолжил: – Я Ваську ни о чем не просил, понимаете?.. Зачем все это?! Это же дикость и средневековое сватовство какое-то. Я сам, я все сам, я все сам могу!
Женя внимательно и на удивление жадно рассматривала раскрасневшееся лицо Сережи. Особенно ей понравилась дерзость и сила в его глазах.
«Он симпатичный, – быстро решила она. – Он очень даже симпатичный!..»
– Перестаньте, пожалуйста, Сережа, – она взяла мужчину под руку. – Ну, подумаешь, вас немного разыграли. Меня, собственно говоря, тоже. Кстати, пойдемте, мне на работу пора.
– Я Ваське морду набью за такое! – грозно пообещал Сережа.
– Вы с ума сошли, – не выдержала и засмеялась Женя. – Это же все шутка, понимаете?
Они шли, огибая свежие лужи, и даже самая большая не смогла развести их в разные стороны. Женя искоса, с неугасающим интересом, посматривала на лицо Сергея так, словно пыталась надолго запомнить его.
«Не просто симпатичный, а почти катастрофически обаятельный», – подумала Женя.
Сергей продолжал ругаться на Василия. Он рассказал все, включая то, откуда взялись те пятеро школьных друзей, о которых упоминал Василий, и даже то, что у Василия больше всех детей – четверо.
– Трое, – поправила Женя.
– Он стесняется просто, – пояснил Сергей. – Четвертый вот-вот родится, а Васька с женой в двухкомнатной квартире живет. Но он всех любит…
«Да, именно… Именно любит! – вдруг догадалась Женя. – Это он умеет».
Она рассмеялась и быстро заговорила вслух:
– Он и вас любит, Сережа. Он вас очень… я не знаю… просто гениально любит. Василий поэтому вас и прятал. Это невероятно глупо, но это так, – Женя помимо воли прижала руку Сергея к боку и, все так же смеясь, мельком взглянула на небо. – Я не знаю, почему он вас любит, я не знаю, зачем, но… Никак иначе, понимаете? Никак иначе все, что произошло, объяснить нельзя.
Они подошли к перекрестку и Женя спросила:
– Идемте в кафе, Сережа? Вы, наверное, не завтракали еще? Кстати, вы что предпочитаете на завтрак?
– Я вчера пельмени ел… – нерешительно сказал Сергей и почему-то покраснел.
– Позавчерашние, да? – участливо спросила Женя.
Сергей потупился и замолчал. Они перешли дорогу, Женя вдруг снова засмеялась и сказала:
– Боже мой, Боже мой, Сережа, да как же он вас любит!.. И ведь научил, интриган, научил меня чему хотел, хитрец!.. Я же видела, что он трусит, я же понимала это, но не понимала, почему все так. А это от любви, оказывается… Так иногда бывает. Ну, это как обратная сторона солнца, понимаете? Она же, в отличие от лунной, никогда не бывает темной.
Женя взглянула на Сергея. Ее спутник молчал, а его лицо казалось слегка бледным и худым.
«Переволновался и почти не спал ночью, – догадалась Женя. – Но все равно он симпатичный… Очень и очень симпатичный и обаятельнее всех!»