Растроганный воспоминаниями, Пейре Маури обнял худенькие плечи младшего брата Арнота и пошел, следуя за тяжелым шагом Гийома Маурса, в центр города Пючсерда. Этим сентябрьским вечером улицы были практически пусты. Слышался запах дыма из очагов. Двое молодых людей и ребенок остановились перед церковью Богоматери, чтобы посмотреть на каменщиков, работавших над расширением и укреплением портала. Арнот тихо сказал, что он очень хотел бы стать резчиком по камню.
— Считай за счастье, малыш, что брат может обучить тебя ремеслу пастуха, — воскликнул Пейре. — Сейчас оно, по крайней мере, может спасти тебя от нищеты!
Арнот пожал плечами. Ему было девять лет. Из всей семьи у него осталось только двое старших братьев в Сердани и не особо радушный дядя в Керигуте. Его отец и мать, другие братья, были в Каркассоне, в тюрьме Инквизиции, которую называют Мур. Как и большая часть жителей Монтайю. Хотя он, малыш Арнот, на самом деле не имел выбора, у него все же был шанс. Они с братом Жоаном, которому вот — вот должно было исполниться двенадцать лет, зависели от старшего брата Пейре. Он заботился о них, работал для того, чтобы они могли жить, и нанимался вместе с ним, Арнотом, на работу в Сердани. Он, Пейре Маури, хороший пастух, пытался быть начеку и держать руку на пульсе. И иногда, когда он смотрел на младшего брата, в его взгляде сквозила настоящая нежность, на которую только способен мужчина.
— С ним на самом деле так уж невозможно сработаться, с этим Бертомью Компаньо? — спросил Пейре Маури Гийома Маурса. — Ты знаешь, я ведь не очень люблю, когда за мной ходят по пятам…
Арнот смотрел на них. Красивые они, эти пастухи. Широкоплечий Пейре с опаленным солнцем лицом, выгоревшими волосами и бородой, почти бесцветными глазами, которые, однако, имеют силу заглядывать прямо в душу. А вот Гийом Маурс, еще более обожженный горным солнцем, нетерпеливый, черноволосый и совсем смуглый. Его лицо было подобно лезвию ножа, что еще более обострялось резкой улыбкой. Совсем как настоящий каталонский бандит, подумал Арнот. Бандольер. Мальчик улыбнулся.
— А мне так хотелось бы стать каменщиком…
Пейре довольно ощутимо хлопнул его по плечу, так что тот еле удержался на ногах. Он сказал, что каменщики уже заканчивают работу. Что они укладывают свои инструменты в маленькие, обтянутые кожей сундучки, о которых Арнот может только мечтать. Они обменивались словами, которых мальчик не понимал. Пейре сказал, что среди них есть кое — какие его знакомые и помахал им рукой, а потом отвел своего маленького брата и Гийома Маурса за церковь. Теперь они оказались возле кладбища Богоматери, окруженного высокой оградой. Там, за оградой, в глубине, угадывался вход в больницу. Запах вечерних дымов стал совсем тяжелым.
Внезапно Пейре Маури резко обернулся к Гийому Маурсу.
— Бернат Белибаст пришел сюда, чтобы умереть…
— Я не очень хорошо его знал, — сказал Гийом Маурс. — Я видел его всего-то раз или два, когда он приходил с тобой в Монтайю, давным — давно. Когда еще поговаривали о его женитьбе на твоей сестре Гильельме. Когда ты был пастухом в Арке. Я был в то время почти ребенком…
— Несмотря на все, что мне пришлось пережить, несмотря на все лавины, которые ежедневно обрушивало на нас Несчастье, смерть Берната Белибаста стала тем ударом, который я едва мог пережить, — тихо ответил Пейре. — Он был для меня даже ближе, чем брат. И он был большим другом добрых людей, он направлял меня по дороге Добра, он наполнял меня радостью и мужеством. Когда-нибудь я расскажу тебе обо всем этом. Но сейчас я пока помолчу. — И потом он вновь заговорил громче. — Ну, идем, я хочу увидеться с моим младшим братом Жоаном у его хозяина. Я и его хочу убедить поменять работодателя и пойти вместе с нами в Бага. Но ему нравится работать у Пейре Ильета. Ему уже почти двенадцать, и ему вполне можно доверять ягнят. Пойдем с нами, Гийом. Ты будешь работать на Пейре Кастелля, я и мои братья — на Бертомью Компаньо, и нам всем будет хорошо. Ведь мы все свои, мы из Монтайю, и это будет согревать наши сердца. Ты знаешь, что все отары из Бага отправляются на зимние пастбища вместе? Но лично мне больше нравятся пастбища Фликса. — Он ласково улыбнулся, затем, немного помолчав, бросил последний взгляд на угол для бедных кладбища Богоматери Пючсерда. И когда они быстро шли по улицам, глубоко вздыхал. — А кстати, ты случайно не видел юного Пейре Изаура из Ларната? Он был здесь в июле, вместе с Бернатом. Его смерть повергла Пейре в отчаяние. Я предлагал ему идти вместе со мной на пастбища, но он не захотел оставаться в Сердани. Он собрался на юг, искать своего брата Раймонда где-то возле Лерида… Он должен был пройти Бага, потом Берга.
— Нет, — сказал Гийом Маурс, — я его не видел, он не поднимался на наши пастбища. Я был на плато де Жу, и я очень давно не видел Раймонда Изаура, разве что в те, плохие времена… Когда я вспоминаю об этом, мне совсем не хочется возвращаться в Монтайю, там меня может ждать только все самое худшее!
— Всех нас это там ждет, — констатировал Пейре, пожав плечами.
