— О чем я… а, ну да. Его величество Правитель не пожелает развода, не станет искать утешения у других женщин, и тем самым все вернется в прежнее положение. К владычеству Элдар или выборам нового правителя.
— Она еще молода.
— Законы Военного Совета нельзя отменить даже решением короля. Пока что за ним армия его тестя и проповедники. Но время беспощадно ко всем. Ему нужны сыновья. У тебя есть наследники?
— Трое. Кстати, среднего скоро женю…
Беседующие продолжили разговор, но Тегоан отвлекся на детали, которые разглядел: рубиновую крупную брошь на плече одного из них, потертость на замшевых перчатках, стоптанные, хотя и очевидно дорогие, туфли…
Тегги мог воссоздать все до последней черточки. Витающий вместе с розовым от фонарей дымком запах тайны и заговора. Атмосферу дорогого дома удовольствий.
— Здесь нередко проворачивают темные делишки, — раздался голос над ним, и Тегги вздрогнул.
— Ты здешний призрак? — бросил он через плечо, — подкрадываешься умело.
Привратница в черном действительно чем-то походила на привидение.
— Как и ты. Что рисуешь?
— Пытаюсь найти нужный интерьер. Везде чего-то не хватает.
— Помести сюда голую женщину — этого станет достаточно.
— Ты мало знаешь мужчин, в таком случае. Теперь и этого недостаточно. Нужна история, загадка, соблазн. И красота.
Из-под черного одеяния, закрывавшего ее с ног до головы, он не мог видеть почти ничего. Иногда только высвечивалось неверными штрихами лицо под черным шелком, выбившийся локон или прядь волос — но это бывало только, когда она вставала против света. И тогда казалось, что волосы у нее светятся красным золотом сквозь сплошной черный туман шелковой вуали.
Порой ему хотелось удержать ее за кончики пальцев, что показывались единственно. Кончики, разрисованные по черноземному обычаю хной.
— Вы любите украшать себя? — не отрывая глаз от ее рук, Тегоан отчаянно возжелал задержать леди-привратницу возле еще на мгновение.
Из-под вуали донеслась приятная усмешка.
— Надену в следующий раз перчатки.
— Не вздумайте! У вас бесподобно красивые руки. Мне совестно думать о том, что вы прячете, но я бы много отдал, чтобы увидеть…
— Если вы думаете, что это комплимент, то я другого от вас и не ожидала.
Это следовало назвать провалом. А он даже не успел — уже в который раз! — узнать ее имя.
***
— Тегги. Подъем. Уже день.
Он не сразу разлепил глаза, сел, потирая лицо руками. Привычный для некоторых отрезков жизни вопрос «где я и как оказался здесь» настойчиво стучался в сознание, но голос, пробудивший Тегоана ото сна, принадлежал Марси. А значит, все не так плохо. Или плохо? Ощупав себя, Тегоан обнаружил, что одежды нет. Никакой.
— Нет, я к тебе не приставал, — опередил его негодующий возглас Мартсуэль, швыряя в друга рубашкой, — а вот ты ко мне — еще как.
— Пошел на хрен, — голос охрип, Тегоан откашлялся.
— «Я буду писать сепией, я по природе новатор в искусстве, дай мне кисти!». Сколько ты вчера выпил?
— Не знаю. Я даже не уверен, что пил вообще. По-моему, там были ксаррские грибы.
— Сколько принял?
— Не помню. Эскизы!
— Ты бежал по улице мимо моего дома в одних подштанниках, но эскизы на месте, — утешил друга Марси, — что случилось перед этим, как ты опять сорвался?
Тегги знал, что это — еще не срыв. По крайней мере, хотелось надеяться. Помнил хорошо, что из «Ночей» отправился в «Розочки», по дороге подцепив товар у Вайзы. А переночевать в «Розочках» можно было только за деньги. Помнил, что раскрашенные руки странной привратницы так и стояли перед его внутренним взором, пока он шел по нижним улицам и пытался вызвать в себе хоть подобие творческого огня, который так ему был необходим. Как оказался у дверей «Розочек» уже не помнил. Кажется, дальше была небольшая дружеская оргия с участием Яриды — но и в этом Тегоан уверен не был.
— Тебе нужно что-то поменять в жизни, — заметил Варини осторожно, пока Тегоан, обхватив голову руками, боролся с утренними последствиями возлияний, — найти нормальную женщину, а не проститутку, переехать от Толстяка.
— Помнишь, как я пил после последнего переезда?
— Тогда ты переедешь ко мне. Я не дам тебе упасть на дно снова.
Выразительности взгляда Тегги могли позавидовать все куртизанки «Звездных Ночей».
— В мой дом. Эльмини и дети, — укоризненно повторил Марси, — у меня тоже есть мансарда, и я не стану рубить тебе пальцы тогда, когда Толстяк Будза непременно это сделает. Тегги, тебе нужен присмотр. Ты себя погубишь. Ты не можешь всегда быть один.
— Еще как могу.
— Как мне уговорить тебя?
К соглашению они не пришли, Тегоан, не поблагодарив, ушел в одежде Марси, на прощание хлопнув дверью. Его друг мог только печально вздыхать.
***
Первый портрет Фейдилас был выполнен Тегоаном в пиратском стиле.
Вдохновение посетило его внезапно, при посещении нижних гаваней. Он и не собрался бы, но их с Марси приятеля, ювелира Юстиана, выпускали из тюрьмы, и кто-то должен был его встретить, поскольку городской дозор конфисковал у пленника всю одежду, и он вышел на свободу абсолютно нагим. Впрочем, это не удивляло даже самых скучающих уличных зевак.
