Корбан сидел на заднем сиденье большого фургона, подпрыгивая на гигантской дороге, вместе с дюжиной других мальчиков. Все они смотрели на него – точнее, на пучок шерсти, торчащий из – под его руки, - с разной степенью любопытства и осторожности. Фаррелл был единственным, кто действительно заговорил с ним с тех пор, как он забрался в повозку, хотя все остальные жадно прислушивались к их разговору.
‘Это древний закон, - сказал Корбан. ‘Если ты будешь ссылаться на него, то твое недовольство может быть рассмотрено только королем.’
- Зубы Азрота, я никогда не слышал об этом раньше, - присвистнул Фаррелл, выплевывая еду повсюду.
‘Как я уже сказал, это древний закон. Не думаю, что его использовали со времен правления Арда.’
‘Тогда откуда ты об этом знаешь?’
- Брина мне сказала.’
- Эта ведьма?- пробормотал Фаррелл.
‘Она целительница, - рассеянно пробормотал Корбан. На горизонте лежали темные тучи, и вокруг него кружился сильный, резкий ветер.
Взглянув на сверток меха, примостившийся на сгибе его руки, он вздохнул. Что же я делаю? он задумался. Должно быть, я схожу с ума. Он вспомнил, как Эвнис кричал на него на поляне, и понял, что должен это сделать.
Убитых и раненых с поляны привязали к лошадям и медленно вывели из Баглуна, всадника послали вперед, чтобы он привел Брину и других целителей, которые смогли бы добраться до крепости этой ночью. Вонн потерял сознание, когда его подняли с земли. Корбан вспомнил, как его руки и ноги безвольно повисли, когда его уносили с поляны.
‘Ну и что ты собираешься с ним делать?- Сказал Фаррелл, кивая на детеныша.
- Полагаю, это будет решать Королева Алона.’
- Да, - кивнул Фаррелл. - Полагаю, что так.’
- Спасибо, - сказал Корбан, - что вернулся.’
Фаррелл хмыкнул.
Вдали показалась крепость Дан-Каррег. С моря надвигались серо-железные тучи, отчего день начинал темнеть рано. На губах Корбана появился соленый привкус-так далеко вглубь острова, - и чайки кружились над береговой линией, белые пятнышки в небе.
Надвигалась гроза.
Сайвин прошлась по двору позади Стоунгейта. Что-то было не так. Очень неправильно, и никто не скажет ей, что именно. Это сводило с ума.
В крепость уже некоторое время возвращался непрерывный поток всадников, большинство из которых были суровы и угрюмы. Она поспешила в конюшню, оставив свой пост у ворот, где ждала возвращения Корбана. Вокруг кипела жизнь, ржали лошади, гремела сбруя, негромко переговаривались голоса. Это было совсем другое дело – обычно шум стоял оглушительный, воины хвастались своими охотничьими подвигами и предвкушали вечерний пир. Когда она вошла в конюшню, та небольшая беседа, которая там велась, казалось, заикалась и замирала.
Она принялась расседлывать лошадь воина, вежливо спрашивая, как прошла охота, но в ответ получила ледяное молчание и тяжелый взгляд.
Ответа не последовало, и вскоре она сдалась и вернулась к воротам.
Шеренга возвращающихся всадников стала гуще. Затем она увидела мертвых и раненых, лежащих на лошадях, которых вели усталые на вид всадники. У нее перехватило дыхание в горле. Папа, Корбан, Гар, где они? Она увидела, как ее отец въехал в ворота на Стедфасте, его огромной рабочей лошади, затем Гар – каменное лицо, как обычно – на Хаммере, Буддай, ковыляющий позади. Она глубоко вздохнула с облегчением и бросилась к ним.
‘А где Бан?- сказала она, падая рядом с ними. Таннон мрачно посмотрел вниз из-под своей бороды. Она сделала шаг назад.
‘Он скоро появится, - сказал Таннон.
‘Значит, он здоров? Когда я увидела, что некоторые из них возвращаются . . .’
‘Да, Сай, на данный момент он здоров.- Он провел большой мозолистой рукой по лицу, слегка расслабившись.
‘Что случилось?- Спросила Сайвен.
‘Не сейчас, девочка, - пробормотал он, оглядываясь по сторонам.
‘Но . . .’
Он посмотрел на нее так, что с дерева можно было содрать кору. Ее протест замер на губах.
- Иди домой, девочка, мы скоро придем. Он устремил взгляд вперед, отпуская ее, и она покорно опустила голову, повернулась и вышла со двора. Оказавшись вне поля зрения, она вернулась назад и заглянула во двор, проверяя, не скрылись ли из виду Таннон и Гар, а затем побежала обратно к воротам.
Некоторое время спустя показались повозки с загонщиками, с грохотом несущиеся по мосту. Дневной свет быстро угасал, густые черные облака клубились над головой, так что она не могла разглядеть Корбана в толпе фигур.
Потом она увидела его, сидящего у задней двери второго фургона. Держась одной рукой за поручень, он спрыгнул на землю, крепко прижимая левую руку к боку.
- Бан, что происходит?- крикнула она, подбегая к нему. ‘С тобой все в порядке?- Потом она резко остановилась. Что-то шевельнулось в сгибе его локтя. Она увидела вспышку бледно-белого меха, испещренного черными крапинками.
Он не ответил ей, только глубоко вздохнул и пошел дальше. Она пристроилась рядом с ним, почти бегом, чтобы не отстать.
- Бан, что случилось? Откуда у тебя этот щенок?’
