Вместо ответа в его сторону полетела черная пластина, сверкнувшая в лучах заходящего солнца. Старший ученик поймал вещицу и с удивлением покрутил в руках. Затем удивление сменилось потрясением, и ученик воскликнул:
– Это же… это же черная верительная бирка!
– Контрольное бюро желает войти! – воскликнул статный воин с собранными в хвост каштановыми волосами и небольшой треугольной бородкой на волевом подбородке. – У нас приказ от императора для главы ордена!
– Достаточно, Гу Фен. Довольно и того, что контрольное бюро желает посетить орден РР. Детали для этих необязательны, – произнес человек, сидящий по центру, чей взгляд источал ледяное равнодушие.
– Да, командующий, – отозвался тот, кого назвали Гу Феном, и подстегивающе зыркнул на опешивших учеников.
Старший ученик дрожащей рукой вернул верительную бирку.
– С-сейчас… – проблеял он и развернулся к остальным. – Ну же, немедленно! Дайте гостям пройти и бегите вперед, предупредите главу ордена!
Один из учеников вскочил на меч и поспешил на вершину пика Таящегося ветра, а остальные принялись снимать барьер с ворот.
Вскоре отряд контрольного бюро во главе с Ю Си пересек границу ордена РР.
Тишина над поляной неосознанно заставляла тревожиться. Пока они шли ко входу в гробницу, Шен крутил головой, пытаясь понять, из-за чего ощущается диссонанс.
– Ты не слышишь духов, – шепнула лисица.
Шен удивленно обернулся к ней.
– В таких горных лесах постоянно копошатся мелкие духи, особенно сейчас, по весне. Заклинатели настолько к ним привыкли, что обращают на них внимание не больше, чем на насекомых.
Шен приподнял брови. До него только сейчас дошло, с чем было связано то ощущение, которое посещало его, когда он переходил на пик Таящегося ветра со своего глухого и мертвого пика Черного лотоса. Оказывается, это был не только шелест зелени и стрекот насекомых – сильный контраст жизни и смерти создавали мелкие духи.
– У каждой горы есть свой хозяин, но только не у этой, – глядя вверх, задумчиво продолжила лиса. – Мелкие духи бегут отсюда, как от огня. Честно говоря, даже я одна бы не рискнула сюда зайти.
– Ты все еще можешь остаться здесь, – заметил Шен.
– Нет, не оставлю! – шепнула лиса и обвила руками его плечи.
Ер, наблюдающий издалека, возмущенно сплюнул и громко произнес в пустоту:
– Что за времена, что за нравы!
Лев, решивший тем временем приложиться к дорожной фляге, с подозрением покосился на него.
Убрав руки от Шена, лисица стрельнула глазками в Ера, и тот тут же подобрался.
– Ах, красавица Яо, у вас не найдется лишнего сердца?
Лисица всерьез озадачилась этим вопросом.
– Мое, кажется, было только что разбито.
Лиса начала смутно догадываться, что он это не буквально.
– Мое сердце разрывается на части, когда я вижу, как вы флиртуете с другим! И только ваша улыбка позволит мне излечиться!
– Лоботомия поможет тебе излечиться, – пробормотал Шен.
Лисица вновь увлеклась словоблудием писаки, и Шен перевел взгляд на идущего рядом с ним мечника. Муан выглядел мрачным и сосредоточенным, Шен нечасто видел, чтобы он так сильно хмурил брови.
Пока шли, Лев подкрался к Шену и спросил, что за барышня их сопровождает. Шен отделался стандартным ответом, но Лев, от которого не укрылась предыдущая сцена, красноречиво подмигнул.
– Это моя хорошая знакомая, – попытался оправдаться тот.
До него только сейчас дошло, что не только Еру его общение с лисицей со стороны может показаться особым видом флирта.
Лунг Рит подошел к черному проему входа и остановился. Остальные вскоре приблизились, и Шен заметил, что проход имеет выраженные овальные очертания, а над ним на темных каменных пластинах выдолблена надпись: «Расхитителей гробницы ждет смерть. Пусть покоятся навеки кости каждого, кто переступит сей порог».
– Это что, проклятие? – воскликнул Ер.
– Раньше здесь были ворота, – произнес Лунг. – Теперь же сохранилась лишь арка входа. Подобные надписи можно увидеть над входами уровней, и чем ниже – тем они более устрашающие. Это всего лишь надпись, она не причиняет зла, лишь пугает впечатлительных людей. Вперед.
Шен переглянулся с Муаном.
«Вперед!» – мысленно произнес он.
«Да», – отозвался мечник.
– Зажгите факелы.
Они пошли вдоль коридора, высеченного в скале. Стены были неровными, как своды пещеры. Но не успел Шен подумать, что ожидал увидеть здесь больше пространства, как коридор закончился, и они вошли в просторный темный зал. Теперь эхо шагов разносилось на много метров и терялось где-то вдалеке, а ни стен, ни сводов было не разглядеть, потому что они скрывались во мраке.
Все разговоры робко стихли.
Лунг Рит остановился и начертил в воздухе символ огня. Мгновение линии горели, как талисманы, лишенные формы, затем потухли, а в следующий миг огонь сам по себе начал зажигаться в чашах по периметру помещения. Он имел слабое оранжевое свечение и совсем не источал тепла, но его света хватало, чтобы представить очертания зала.
– Это Чаши тысячелетнего пламени, – произнес Лунг Рит. – Особые устройства, способные длительное время светить от небольшого количества энергии. Говорят, их установили первые исследователи гробницы.
