– Ты же не будешь делать вид, что ничего не случилось, если сломал ногу?
Ао презрительно фыркнул.
– А значит, ты не сделаешь также глупости, притворяясь, что все в порядке, если организм твой среагировал слишком бурно? – Снейк сняла балахон и закатала короткие рукава своей туники. – И второе. После вакцинации останется маленький шрам – вот такой. – Она пошла от группы к группе, демонстрируя всем рубец, оставшийся после ее первой прививки. – Так что, если кто-то из вас хочет, чтобы шрам был в другом, менее открытом месте, пожалуйста, предупредите заранее.
Зрелище крохотного безобидного шрама успокоило даже Ао, который довольно неуверенно пробормотал, что «целителям нипочем любой яд», – но потом заткнулся.
Грам подошла к Снейк первой, и Снейк с удивлением отметила, что старуха нездорово бледна.
– Грам, с тобой все в порядке?
– Я боюсь крови, – пояснила та. – А кровь обязательно будет. Я боюсь на нее смотреть.
– Да ты ее и не увидишь. Ты только расслабься. – Разговаривая с Грам ласковым голосом, Снейк между тем протерла ей руку спиртовым раствором йода. У нее оставалась лишь одна бутыль с дезинфецирующим средством в аптечке ее саквояжа, но этого должно было хватить на сегодня. А уж в Горной Стороне она пополнит свои запасы. Снейк выдавила каплю сыворотки на руку Грам и вдавила инокулятор в кожу.
Грам вздрогнула, когда иголки впились в тело, но выражение лица осталось невозмутимым. Снейк опустила инокулятор в раствор йода и снова протерла тампоном след от привики.
– Вот и все.
Грам в изумлении воззрилась на Снейк, потом перевела взгляд на свое плечо. Проколы были ярко-красными, однако не кровоточили.
– И все?
– И все.
Грам улыбнулась и повернулась к Ао:
– Видишь, старый мешок, ничего не случилось.
– Ничего, мы подождем, – отозвался Ао.
Все мирно шло своим чередом. Только немногие дети плакали – и то больше от резкого запаха йода, нежели от уколов крошечных иголочек инокулятора. Поли вызвалась помогать – и отвлекала малышей сказками и прибаутками, пока Снейк работала. Большинство детей, а за ними и взрослые, вернулись послушать Поли уже после того, как Снейк сделала им прививку.
Ао с компанией явно успокоились, потому что никто не рухнул бездыханным трупом к тому моменту, когда подошла их очередь. И они стоически вытерпели уколы иголок и вонь йода.
– Никакого столбняка? – снова спросил Ао.
– Я гарантирую вам по меньшей мере десять лет. По истечении этого срока будет лучше повторить прививку.
Снейк вдавила инокулятор в руку Ао, затем протерла кожу. Гримаса мрачного раздумья сменилась через минуту улыбкой – первой за все это время широкой, радостной улыбкой восторга.
– Мы ужасно боимся столбняка. Это дьявольская болезнь. Она убивает медленно. И очень страшно.
– Да, – кивнула Снейк. – А ты знаешь, что вызывает эту болезнь?
Ао приставил палец к ладони и изобразил, будто проткнул руку.
– Мы очень осторожны, но…
Снейк кивнула. Ей было понятно, что сборщики мусора подвергаются опасности получить колотые раны гораздо более, чем прочие, учитывая специфику их занятия. Но Ао знал о связи между причиной и следствием, так что лекция будет здесь явно лишней…
– Мы никогда еще не видели целителей, во всяком случае на этом краю пустыни. Люди с другой стороны рассказывали нам.
– Мы люди гор и мало что знаем о пустыне, так что очень немногие из нас отваживаются забираться сюда. – Это было только отчасти правдой, но такое объяснение устраивало всех.
– Никого до тебя. Ты первая.
– Возможно.
– Но зачем тебе это?
– Мне было интересно. И потом, я подумала, что могу быть полезной.
– Можешь передать другим, чтобы они тоже приходили. Здесь для них неопасно. – Неожиданно лицо Ао, изборожденное морщинами, выдубленное непогодой, потемнело. – Да, сумасшедшие – это бывает, но ничуть не больше, чем в горах. Сумасшедшие есть везде.
– Я знаю.
– Когда-нибудь мы разыщем его.
– Ты можещь сделать для меня любезность, Ао?
– Все, о чем ты попросишь.
– Этот сумасшедший не взял ничего – кроме моих карт и журнала. Возможно, он сохранит карты, если у него еще осталось досточно разума, чтобы вопользоваться ими, но мой журнал не нужен никому, кроме меня. Может быть, он выбросил его и твои люди найдут его.
– Мы сохраним его для тебя!
– Именно об этом я и хотела тебя попросить. – Снейк подробно описала, как выглядит журнал. – Прежде чем я уйду, я дам тебе письмо к целителям с северной станции. Если человек, который отправится в эти края, захватит с собой журнал и письмо, ему щедро заплатят.
– Мы будем искать. Мы находим много вещей, но книги нам попадаются редко.
– Возможно, вы никогда не найдете его и он пропал навсегда. А может быть, этот безумец украл его в надежде, что он представляет какую-то ценность, и, разочаровавшись, в ярости сжег его.
Ао содрогнулся при мысли о том, что такая прекрасная бумага могла быть сожжена просто так – из каприза.
– Мы будем очень стараться.
– Благодарю тебя.
Ао отошел к остальным сборщикам мусора.
