Саймон кивнул Кристиану. Юноша и секунданты Джеймса отправились размечать место дуэли. Куинси Джеймс ходил туда-сюда по промороженной земле, то ли согреваясь, то ли успокаивая нервы. На нем был тот же сюртук темно-красного цвета, в каком он сидел в клубе прошлой ночью, правда, теперь помятый и испачканный. Волосы Джеймса выглядели засаленными, словно он вспотел. Пока Саймон наблюдал за ним, Куинси запустил в них пятерню, почесываясь. Мерзкая привычка. Вшивый, что ли? Джеймс, видимо, устал за ночь, с другой стороны, он же заядлый игрок и привык бодрствовать часами напролет. И, ко всему прочему, моложе виконта. Саймон оценивающе к нему пригляделся. Каков противник в дуэли, ему еще не доводилось лицезреть, но в академии у Анджело ходили слухи, что Куинси Джеймс — искусный фехтовальщик. И неудивительно. Несмотря на нервный тик и заикание, Джеймс обладал грацией атлета. Вдобавок он был одного роста с Саймоном. Так что возможности у них равные.
— Могу я осмотреть вашу шпагу? — протянув руку, спросил вернувшийся мужчина в очках.
Подошел и второй секундант. Этот был ниже ростом и помоложе, в темно-зеленом сюртуке. Юноша то и дело нервно оглядывался. Разумеется, дуэли были незаконны. Но блюстители порядка обычно закрывали на них глаза. Саймон вынул шпагу из ножен и протянул Очкарику. В нескольких шагах от него Кристиан вынул из ножен шпагу Джеймса. Флетчер и секунданты Куинси Джеймса прилежно измерили оба лезвия и осмотрели их, прежде чем вернуть дуэлянтам.
— Распахните рубашку, — произнес Очкарик.
Саймон изогнул бровь. Очевидно, этот джентльмен — ярый сторонник соблюдения всех правил.
— Вы правда думаете, что у меня под рубашкой припрятана броня?
— Прошу вас, милорд.
Виконт вздохнул и сбросил свой серебристо-голубой сюртук и жилет, снял шейный платок и расстегнул до середины груди верхние пуговицы отороченной кружевами рубашки. Генри проворно подхватывал одежду хозяина на лету.
Джеймс расстегнул рубашку, чтобы Кристиан его проверил.
— Черт, холодно, как в постели с дорогой шлюхой!
Саймон развел в стороны полочки рубашки. Голая грудь его покрылась гусиной кожей.
— Благодарю, — кивнул секундант с деревянным выражением на лице. Определенно, никакого чувства юмора.
— Всегда пожалуйста. — Саймон насмешливо улыбнулся. — Теперь мы можем начинать? Я не успел позавтракать.
— И н-н-не успеете. — Куинси Джеймс вышел вперед, держа шпагу наизготове.
От улыбки виконта не осталось и следа.
— Смелые слова для убийцы.
Саймон тотчас ощутил на себе взгляд Кристиана. Знал ли юноша? Виконт никогда не рассказывал ему об Итане — настоящей причине этих дуэлей. Саймон поднял оружие и встал лицом к лицу с противником. У ног клубился туман.
— Allez (начинайте — фр.)! — воскликнул Кристиан.
Саймон сделал выпад, Джеймс парировал, и шпаги запели свою смертельную песню. Лицо виконта растянулось в безрадостной усмешке. Заметив брешь в защите Джеймса, он нанес удар, но соперник сумел в последнюю минуту его отразить. А затем пришлось обороняться Саймону и отступать шаг за шагом, хотя он и парировал удар за ударом. Икры пекло от напряжения. И пусть Джеймс обладал силой и проворством — серьезный противник, что и говорить, — но, ведомый отчаянием, он атаковал грубо и неосторожно. Кровь жидким огнем неслась по венам Саймона, воспламеняя нервы. Таким живым и, как ни парадоксально, таким близким к смерти, он чувствовал себя только на дуэли.
— Ах!
Джеймс поднырнул под защиту Саймона, целясь в грудь. Тот едва успел отклонить шпагу соперника. Клинки взвизгнули, проскользя по всей длине, и сцепились эфесами. Дуэлянты буквально дышали друг другу в лицо. Куинси Джеймс давил изо всех сил. Саймон упорно сопротивлялся — мышцы его плеч ощутимо вздулись, — но не отступал. Он видел красные прожилки в глазах Куинси Джеймса, чувствовал его зловонное дыхание, полное ужаса.
— Кровь! — закричал один из секундантов, и тогда только Саймон заметил жгучую боль в руке.
— Хочешь прекратить дуэль? — осведомился Кристиан.
— Черт возьми, нет! — Саймон собрался с силами и оттолкнул Джеймса, стремительно ринувшись за ним. Что-то темное и дикое завыло внутри: «Сейчас! Убей его сейчас!» Следует быть осторожным. Если он всего лишь ранит противника, у Джеймса будет право остановить дуэль, и тогда придется вновь проходить через весь этот абсурд.
— Продолжать нет нужды! — вскричал один из секундантов. — Джентльмены, шпаги долой! Честь восстановлена!
— К дьяволу честь! — Саймон атаковал резко и стремительно, и боль уколами игл прокатилась от плеча вниз по руке.
Дуэлянты, лязгая шпагами, топтались по лужайке. Саймон чувствовал, как по спине стекает что-то теплое, но не знал, пот это или кровь. Глаза Джеймса расширились. Он отчаянно защищался, лицо его раскраснелось и блестело от пота. На жилете подмышками выступили темные пятна. Саймон сделал обманный выпад вверх.
